чтобы открыть ей лучший доступ, и она достала мой затвердевший член из боксеров. Она начала сжимать меня, я обожал ощущение ее маленькой ручки, обхватывающей мой член, ее рука слегка вспотела. Я начал толкать пальцы в нее грубее и глубже, и очень скоро ее тело напряглось, и она закричала, ее сотрясал оргазм. Я провел ее через него, сам вид ее заставил мой член напрячься сильнее. Наконец, она спустилась на землю со своей сексуальной вершины, и я вынул руку, целуя ее и говоря, какая она красивая, когда кончает. Потому что так и есть – выражение ее лица, напряженность в теле, прежде чем она выгнется, ее чертовы звуки. Все это было красивым.
Она снова начала сжимать меня, и я откинулся назад на сиденье, прикрывая глаза и просто наслаждаясь этим дерьмом. Я испытывал настоящую агонию от ощущения, как мучительно медленно она двигается, и насколько сильно мое наслаждение, но я боролся с желанием крепко толкнуться бедрами и фактически оттрахать ей руку. Она делала это для меня, и она не обязана, я должен показать ей, как я ценю все ее действия.
А затем это, блядь, случилось, пришло из ниоткуда. Это было настолько, мля, неожиданно и внезапно, что я чуть не кончил в ту же секунду. Я ощутил, как теплая влажность обхватила головку члена, сбоку она коснулась кончиком языка, мое тело пронзило ошеломляющее удовольствие, когда я понял, что происходит. Она, блядь, пыталась предоставить мне ротик.
Мои глаза резко распахнулись, и я сразу же подался вперед, чтобы остановить ее, потому что сдвинься она еще хоть на один гребаный сантиметр, ей придется глотать мою сперму прямо здесь и сейчас. И я даже, нахер, не знаю, понимает ли она, что делает, и как она вообще узнала об этом дерьме, но у меня проскочило подозрение, что Розали гребаная Хейл поработала над этим. И мне было так чертовски хорошо, что я не хотел, чтобы она останавливалась, но и не хотел кончить чертовски быстро, как какой-то неопытный девственник-jamook (идиот, лузер). Я хотел продлить это дерьмо, потому что понятия не имел, чем оно вызвано и случится ли когда-либо еще.
Я почувствовал, как надвигающийся оргазм отступил и я расслабился, сказав ей, что она может продолжить. Она продвинулась головой дальше, а я закрыл глаза, погружаясь в эти ощущения. Я почувствовал, как головка уткнулась в заднюю стенку ее глотки, она задохнулась, а я напрягся, я ждал, что у нее начнется гребаная паника, или она заставит себя зайти чересчур далеко. Но, ни то, ни другое – она остановилась прямо там и начала отодвигаться назад.
Я понял, что кто-то определенно, черт побери, подготовил ее, и мне стало любопытно, откуда же пришло это дерьмо. Я подумал, была ли это их инициатива научить ее, или она захотела сама, но сейчас я не мог за это переживать. Я хотел сосредоточиться на том, что, блядь, она делала для меня, потому что ощущения были чертовски восхитительными. Она начала сжимать меня и двигать головой вверх и вниз, отсасывая. Она была достаточно хороша в этом дерьме, особенно учитывая, что это был ее первый раз. У меня было охеренное количество минетов в жизни, некоторые из них были охренительными. Я был с девушками, которые могли глубоко заглатывать мой член, с девушками, который были гребаными экспертами в чертовом минете. Но, ни одна из этих сучек не стояла и рядом с моей Беллой. Она не была идеальна, можно говорить, что это, блядь, ее первый раз, и она только пытается научиться и приобрести опыт, но у нее уже был врожденный талант. Казалось, она просто знала, как доставить мне удовольствие, как будто в этом мы были созданы друг для друга.
Я стонал и рычал, и издавал всевозможные гребаные звуки, неспособный сдерживать себя. Она делала это дерьмо для меня, потому что любила и хотела, чтобы мне было хорошо, и только это уже отправляло мое тело в ураган удовольствия. Я нежно сжимал ее волосы и спину и говорил ей, что мне хорошо, желая, чтобы она знала, что я это ценю. Я знал, что она, должно быть, нервничает, и хотел облегчить это, позволить ей понять, что она все делает верно. Она усилила хватку на мне, отсасывая сильнее, после того как я сказал, что мне хорошо, и от этого мое удовольствие взлетело до чертовых небес. Я ощутил, как она задела зубами головку и не знал, было ли это дерьмо намеренным или просто случайностью, но был чертовски благодарен за то, что оно случилось. Потому мой оргазм приблизился, и тело начало напрягаться. Интенсивность ощущений ошеломляла, тело дрожало. Дыхание было судорожным, сердце билось как сумасшедшее, когда удовольствие начало пронзать тело. Я схватился за сиденье,
