Эммет часто уезжал с Роуз или готовился к колледжу, он с Джаспером выпускались в этом году и уходили из школы. Меня это нервировало, они оба уезжали, но я старалась не думать, что это для меня значит.
Я подумала, что, может, недавнее поведение Эдварда обусловлено тем, что теперь наши отношения не скрываются, и у нас на плечах не так много проблем, теперь не нужно прятаться. Мы держались на расстоянии от доктора Каллена, мы разговаривали и иногда случайно касались друг друга, но никогда не выставляли чувства напоказ, уважая его желания. Я была удивлена тем, что Эдвард так стремился выполнять указания отца, и, честно, я ждала, что он постарается расширить границы, чтобы определить, насколько далеко можно зайти. Но, слава Богу, он так не делал. Напротив, казалось, темперамент Эдварда здорово успокоился за последние недели. Он по-прежнему иногда выходил из себя, но он работал над собой и пытался не срываться на людей. И почти всегда ему это удавалось, и в тех ситуациях, когда для него становилось слишком, и он мог взорваться, я просто пережидала в стороне, давая ему время выпустить пар.
Иногда даже казалось, что отношения между Эдвардом и доктором Калленом выровнялись. Раньше всегда было видно, что Эдвард злился на отца и сопротивлялся ему, особенно это было заметно в разговорах. Конечно, некая напряженность осталась, но казалось, что они пришли к определенному безмолвному соглашению. Я не раз спрашивала об этом Эдварда, и каждый раз он пожимал плечами, говоря, что я вижу то, чего нет, что у них просто такие отношения. И я не представляла, зачем бы ему лгать – он никогда не скрывал подобные вещи, поэтому я оставила вопросы, хотя по-прежнему ощущала, что нечто между ними витает в воздухе.
Думаю, удивительнее всего был тот факт, что Эдвард почти спрятал свое желание доискаться информации. Иногда он вел себя подозрительно, и некоторые его комментарии наводили на мысль, будто он все еще часто об этом думает. Я не виню его – мне тоже было любопытно, какие секреты обо мне хранит его отец. Но я радовалась, что он не ищет ответов. Я действительно переживала, как мне сдерживать его от поисков правды, учитывая те вещи, которые сказал мне его отец, и я была очень рада, что не приходится ничего делать. Насколько я знала, за последние несколько недель он ничего не предпринимал, но, опять- таки, я не могу быть до конца уверена – в первый раз он не сказал мне, что нашел информацию. Эдвард терпеть не мог, когда я что-то скрывала от него, и читал нотации по этому поводу, но при этом он был достаточно лицемерен, чтобы не открывать мне свои действия.
Песня в плейере переменилась, началась «Девочки просто хотят повеселиться». Я улыбнулась и начала подпевать, мелодия была легко запоминающейся. Странно, что Эдвард записал ее в плей-лист, не похоже на то, что ему нравится, но он признался, что это дело рук Элис. Когда-то Элис заявила, что ни одна девушка не может жить без этой песни, что это наш «гимн», что бы это ни значило.
Я встала, потягиваясь и подпевая припеву. Проснувшись утром, я решила начистить кухонный пол, поняв, что раньше я этого не делала. Странно было делать уборку, потому что я так решила, а не потому что должна. И одновременно это замечательно – делать что-то по желанию, это вызвало во мне чувство гордости. Никогда не оценишь свою возможность принимать решение, пока у тебя ее не отберут.
Я развернулась и краем глаза заметила что-то в дверном проеме. Я застыла и резко выдохнула, напрягаясь, когда увидела доктора Каллена. Он стоял, прислонившись к дверной раме, со скрещенными на груди руками и смотрел на меня. Я быстро вытащила наушники из ушей, глядя на него с предчувствием. Он непринужденно улыбнулся, и я застенчиво улыбнулась в ответ, понимая, что пела я громко, и он меня слышал.
– Э-э, простите, сэр, – промямлила я. – Я, э-э… – я оглянулась на часы и нахмурилась, когда поняла, что время немногим больше полудня. – Я не знала, что вы будете дома.
Он кивнул.
– У меня выходной, но я решил съездить на несколько часов, за бумагами. Вообще-то, вся следующая неделя у меня выходная. Я уеду в Чикаго на несколько дней, – сказал он.
– Оу, – ответила я. – Я не знала.
Он снова кивнул.
– Конечно, ты не знала. Как ты могла знать? Я, определенно, тебе не говорил и не ожидал,
