Она продолжала смотреть на меня.
– Я не передумаю, – сказала она чуть дрожащим голосом.
Я кивнул и продолжил стягивать с нее платье. Она подняла руки, и, cтащив через голову, я кинул его на пол рядом с собой. Взглянув на нее, я увидел черный бюстгальтер и трусики с гребаным кружевным поясом. Я с минуту пребывал в ступоре, потрясенный тем, как чертовски очаровательно она выглядела, контраст между ее бледной кожей, которая почти светилась, и темным бельем поражал. Я вспомнил, как впервые заметил это дерьмо, когда пробрался в ее комнату и увидел ее в черных шортиках. Она выглядела почти как фарфоровая куколка, такая хрупкая и уязвимая. Черт, я не хотел причинить ей боль, никогда не хотел обидеть ее, а она выглядела такой охренненно хрупкой. Я не смогу жить, если стану тем, кто когда- либо сломает ее.
Она потянулась и расстегнула одну из моих пуговиц, ее руки нервно дрожали. Я вздохнул и положил свои руки поверх ее, вынуждая ее остановиться, когда она начала расстегивать вторую.
– Расслабься, ладно? – сказал я тихо. – Малыш, здесь только я и ты. Лишь Эдвард и Белла, помнишь? – она посмотрела на меня и кивнула.
Я убрал ее руки от рубашки и улыбнулся.
– Это все для тебя, а не для меня. Позвольте мне угождать тебе.
Ее губы чуть скривились от моих слов, и она замешкалась, но все же кивнула. Я усмехнулся и, заведя руки ей за спину, расстегнул бюстгальтер. Я снял его и, сбросив на пол возле себя, уставился на ее обнаженную грудь. Я поднял одну руку и, едва касаясь, провел ею по груди, ее соски оживились под моим прикосновением. Она издала слабый стон, и глаза ее закрылись, когда она начала извиваться под моими руками. Я начал нежно поглаживать ее груди и, наклонившись, стал покрывать мокрыми поцелуями всю поверхность ее бедер.
Через минуту я схватился обеими руками за ее трусики и подвязки, и приспустил их. Она взглянула на меня и слегка крутанула бедрами, позволив мне стащить их с нее. Я бросил их на пол рядом с собой и дал своим глазам вволю разглядывать ее полностью обнаженное тело. Она заерзала под моим взглядом, и я улыбнулся, положил руку ей на грудь и начал медленно водить ею по всей длине ее тела.
– Ложись, детка, – сказал я тихо. – Sei belissima e ti voglio assagiare (Ты прекрасна и я хочу попробовать тебя).
Она легла на кровать, ухватив руками одеяло. Я смотрел на нее пару секунд перед тем, как раздвинуть ей ноги, встав между ее бедер. Она была уже влажной, возбужденной и готовой к моим ласкам. Я наклонился и прижал рот к ее киске, высунув язык и проведя им по всей длине ее щелочки. Она громко застонала, еще сильнее вцепившись в постель. Я повторил это несколько раз, медленно глотая ее соки и просто пробуя ее дьявольскую сладость, заставляя ее тело реально извиваться, потому что в этот момент я лишь дразнил ее.
Когда она начала скулить и сдвигать бедра, я подвинулся ближе, ухватил губами клитор и начал сосать. Она стонала, звук был громким и гортанным, и, подняв руку, она нащупала мои волосы, схватившись за них, а я стал посасывать ее клитор с еще большей интенсивностью, лаская языком каждый дюйм ее женской плоти. Я дал ей небольшую передышку перед тем как запустить два пальца внутрь, я согнул их крючком и медленно потянул обратно, чтобы найти нужную точку. Она громко застонала и дернула бедрами, сильнее схватив меня за волосы. Я начал трахать ее пальцами, сосать и щипать ее клитор, таким образом, раздражая эрогенную зону. Она издавала громкие звуки и извивалась, ее ноги начали дрожать. Я знал, что не займет много времени, чтобы довести ее до кульминации такими действиями.
Уже через минуту ее бедра напряглись, стоны превратились в рычание, дыхание стало затрудненным, ее клитор разбух оттого, что я сосал его. Я нашел точку внутри и нажал на нее, массируя ее кончиками пальцев. Она громко вскрикнула и дернула бедрами, когда ее тело взорвалось в оргазме, губы ее киски сжались вокруг моих пальцев, еще больше влаги вытекло из нее.
Я застонал, член в штанах мощно запульсировал, требуя внимания. Я пытался игнорировать его, потому что не мог думать о своем сраном члене. Я не мог сделать ничего для себя, это все задумывалось ради нее. Ради того, чтобы доставить ей удовольствие и показать свою любовь и преданность, и если я
