– Поэтому и твоя мать называла ее Беллой. Bella bambina, маленькая красивая девочка, – сказал он. – Думаю, для тебя bambina не подойдет.
– Bella ragazza, – пробормотал я. – La mia bella ragazza. Моя красивая девочка.
Он с любопытством глянул на меня.
– Иногда ваша с матерью схожесть просто поражает, – сказал он.
Я вздохнул.
– Я знаю. Я помню, как она называла Изабеллу, – сказал я, пожимая плечами.
Не могу отрицать – меня до сих пор поражало, что мы с мамой так полюбили одну и ту же девочку, хоть и по-разному. Теперь, когда я мог сдержать иррациональный гнев на ситуацию, меня грела мысль, что я следую по пути мамы. Раньше мне казалось, что я потерял ту часть себя, которую по наследству передала мне она, что я стал копией отца, и меня радует, что еще что-то осталось там, внутри. Его глаза расширились, и тут я понял, что никогда раньше не говорил ему, что помню встречу с Изабеллой.
– Ты помнишь? – нерешительно переспросил он.
ДН. Глава 52. Часть 3:
Я снова вздохнул, желая забрать слова назад. Я был не в настроении говорить об этом дерьме с ним.
– Кое-что. Помню, как видел ее, и как мама называла ее Bella bambina, объясняя, что такое шоколад, это все, – сказал я.
Он грустно улыбнулся.
– Ты помнишь шоколад? – с любопытством спросил он.
Я пожал плечами, не понимая, что тут такого.
– Я помню, как спрашивал, хочет ли она Hershey’s kiss, и она попыталась поцеловать меня, не понимая, о чем, на хер, я говорю, – сказал я.
Он тихо засмеялся.
– Да, я помню, как твоя мама пересказывала мне эту историю. Ты тогда не так радовался ее поцелуям, как сейчас, – сказал он снова дразнящим тоном.
Я подозрительно прищурился, думая, какого хрена на него нашло. Мы почти не разговаривали все прошлые недели, а его безразличная позиция по отношению к нам с Изабеллой удивляла меня. Я больше не пытался от него скрываться и целовал ее у него на глазах, но обычно он уходил и, казалось, по-прежнему не хочет ничего решать.
– Ну да, мне было пять лет, разве не так? Я просто хотел дать девочке конфетку, а она попыталась засунуть язык мне в рот, – сказал я.
Он захохотал, покачивая головой.
– Она была храброй. Грустно, что эту часть себя она потеряла. Теперь бы она такое не сделала, – сказал он.
Я быстро глянул на него, прежде чем ухмыльнуться.
– Очевидно, ты совершенно ее не знаешь, – сказал я, покачивая головой.
Он нахмурился и уставился на меня.
– Ты намекаешь, что она сделала первый шаг? – спросил он.
Я пожал плечами.
– Я, б…ь, уверен, что уж точно его сделал не я, отец.
Он с шокированным видом смотрел на меня.
– Вау, с ее стороны это было… э-э… – начал он.
