ви должен сдавайся, я ест зольдат Великий Германии, ви
будет повисат на тонкий верьевка! — крикнул Крэмер гордо
подняв подбородок.
Мирон повернул голову, с набитым вареными яйцами
ртом он еле выговорил. — Ты, фриц, лучше рот закрой, а то
я тебя прямо здесь на сосне повешаю. Кремер не унимал-
ся: — Русья, ест страна варвар, ви жить как свинья, ми будет
вас всех уничтожат, здес будет германский колоний. —
Уничтожать, говоришь, — крикнул Алеша, подбежал и
схватил Крэмера за шиворот, протащив его до кустов, он
бросил немца, откидав ветки и траву он показал на убитого
мотоциклиста лицо которого было в грязи и по нему полза-
ли мухи. — Вот как мы вас будем уничтожать, ну чё выта-
ращился, паскуда фашистская! — крикнул Алеша, и хоть
винтовка у него была без патронов выглядел он очень ре-
шительно.
Крэмер побледнел, он смотрел на мертвого мотоцикли-
ста, темное кровавое пятно на груди, входной след от пули и
сосновая хвоя прилипшая к открытому мертвому глазу
смотрящему в облачное небо, все увиденное повергло Крэ-
мера в уныние. В лесу послышался звук моторов, из-за де-
ревьев показались танки и бронетранспортеры, Крэмер
вскочил и бросился с криком к дороге, Алеша вскинул вин-
товку и нажал спуск, жалкий щелчок растворился в надрыв-
167
