мотаясь все эти дни по лесу, они почти не спали последние
сутки, но по лесу пешком было безопаснее, так что
пришлось терпеть тяготы и невзгоды...
Мирон на фронт попросился из заводского цеха, немцы
подходили к городу и в ополченцы набирали спешно и всех,
комсомольская сознательность не позволяла прятаться за
спинами других, когда отчизна в опасности. На окраине по-
168
ля, на который вышла вся группа, по траве стелился дым,
деревня, точнее то что от нее осталось догорала, от избушек
остались лишь обгоревшие нагромождения бревен, и печи
почерневшие от копоти безмолвно стоящие под этим скорб-
ным пейзажем. Они шли по дороге когда-то бывшей улицы
задыхаясь от дыма, и держали оружие наготове. Степан в
ужасе проводил взглядом сгоревшие останки избы когда-то
принадлежавшей Людкиной семье, сердце его тревожно за-
билось, воротник немецкого кителя казалось начал душить
его. Церковь на окраине деревни со следами попаданий
снарядов в молчаливом спокойствии взирала на дело рук
человеческих. Алеша хотел что-то сказать, повернул голову
налево и вскрикнул, на столбах висели на веревках мужчи-
ны и женщины, ветер шевелил белую бороду старика пове-
шенного с краю и казалось что он что-то пытается сказать.
Скрипнула тяжелая дверь церкви, из-под ног выскочила ма-
ленькая собаченка и юркнула в подворотню, Мирон озира-
