два года тому назад. Джаред-лингвист с большой помпой уложил распечатку в пластиковую обложку, которую проткнул дыроколом и подшил в папку с прочими заклинаниями, именуемую Вместилищем Тайн. Название, конечно, туши свет, но Джулия и правда очень много почерпнула из этой папки. Под руководством Джареда или другого старшего мага-дневального она одолевала один листок за другим. Научилась склеивать вещи волшебной силой, зажигать огонь на расстоянии, угадывать, какой стороной упадет монета, предохранять гвозди от ржавчины, разряжать магнит. В убежище соревновались, выполняя с помощью магии самые обыденные дела вроде открывания банок, завязывания шнурков и застегивания пуговиц.
Все это были мелочи, не связанные между собой, но надо же начинать с чего-то. Гвоздь за гвоздем и магнит за магнитом Джулия училась подчинять себе мир. Магия зародилась, когда разум столкнулся с реальностью и неожиданно победил.
Еще одну папку, с движениями пальцев, сильно потрепали, швыряя с досады через всю комнату. Джулия скоро выучила ее наизусть и упражнялась под душем, под обеденным столом дома и рабочим в офисе, в постели ночью. За языки тоже взялась активно, поняв, что для чародейства одной математики мало.
Разучивая новые чары, она переходила с одного уровня на другой. Да, именно так это и называлось. Уровневая система, взятая целиком из «Темниц и драконов» (а еще раньше, скорее всего, из масонских обрядов), конечно, не образец совершенства, но порядок с иерархией в ней соблюдаются хорошо. Чем выше Джулия поднималась, тем больше ей это нравилось. Делая на спине татуировки, она оставляла побольше места, потому что училась быстро.
Через месяц она поняла, что продвигается быстрее всех посетителей дома, а через три вычислила, насколько быстрее. К этому времени она набрала семь звезд, как Джаред, который уже три года ходил сюда. В Брекбиллсе она, возможно, оставалась бы в середнячках, но здесь просто блистала. Других, похоже, ничуть не интересовала теоретическая сторона. Зазубривая чары, они не давали себе труда подумать, на чем те основаны. Даже языковой грамматикой занимались очень немногие — остальные просто заучивали слова.
Это лишало их заклинания силы, и при каждом новом шаге они начинали опять с нуля. Какое уж тут оригинальное творчество — а Джулия в мечтах уже примеривалась к нему. В группе древних языков, которую она стала вести вместе с Джаредом, занимались всего четверо человек, да и те поддались на ее уговоры. Когда они перестали справляться с домашней работой, она их выгнала одного за другим.
К движениям она прикладывала вдвое больше стараний, зная, что природного дара у нее нет. В этом она тоже превзошла всех, даже Джареда: переламывать себя в буквальном смысле никто не желал.
Ненависть к Брекбиллсу она раскаляла в себе постоянно и не позволяла ей угасать, но понимала, почему там так оберегают свою эксклюзивность; на Труп-авеню приходилось иметь дело с большим количеством шарлатанства.
Дух соревнования был всегда в ней силен. Раньше Джулия это скрывала, теперь переменила политику. Ее унизили в Брекбиллсе, а она будет унижать всех, кто не может за ней угнаться. Магия — это вам не битва за популярность. Дом на Труп-авеню станет ее личным Брекбиллсом. Любой пришелец с уровнем как у нее или ниже должен будет показать, на что он способен, и ту фигню, которой он пробавлялся раньше, здесь мигом разоблачат. Белый он, черный, больной, усталый, двенадцатилетний — без разницы.
Просто невероятно, сколько магов оказывались на поверку мошенниками. Джулию это бесило. Кто дал этим людям звездочки? Толкни некоторые убежища посильнее, и они развалятся, как карточный домик. Это просто обескураживало. Кому нужна волшебная школа, если она выпускает одних обманщиков.
Благодаря методам Джулии убежище на Труп-авеню приобрело определенную репутацию. Случайные посетители к ним захаживали не часто, а те, что захаживали, порой вели себя агрессивно. Мошенники не любят, когда их ловят за руку, и многие самодеятельные маги, согласно диаграмме Венна,[40] занимаются также боевыми искусствами.
Да только это вам не Коннектикут. Это Бруклин. Многие жители Бед-Стая ходят с пушками — смотри диаграмму Венна. Добро пожаловать в наш мегаполис, придурки.
Однако, несмотря на борьбу за чистоту магии, на Труп-авеню существовала одна большая проблема: ограниченность Вместилища Тайн. Некоторые визитеры знали заклинания, которых не было в папке, и соглашались поделиться ими в обмен на те, которых сами не знали. Подшивка росла, но такие сделки совершались, увы, очень редко. Это мешало карьерному росту Джулии. При этом никто не помнил, откуда взялись заложенные во Вместилище чары. Текучесть в убежищах большая, а летописей никто не ведет. Подозревая, что где-то есть маги куда более высокого уровня, чем она, Джулия вознамерилась найти их — и срочно.
Она ушла с работы и принялась наматывать мили на сохранившейся с честертонских времен «Хонде Сивик» — иногда одна, иногда с Джаредом в качестве телохранителя. Убежища не просто найти: они шифруются не только от большого мира, но и от других
