время которого налетела на рифы и разбилась в куски.
– Понимаете, ведь на берегу, горели костры. Капитан, верно, подумал, что они обозначают безопасное место… А там…
– А там оказались рифы, – с усмешкой перебил Александр. – Знакомая картина. А дальше вас посадили в сарай в какой-то гнусной деревухе!
– О, да, господин. Нас всего трое спаслось – я, Нгоно – он теперь мне как брат! – и еще был Бенжамен, малиец… бедный, бедный Бенжамен! Его убили… Просто так – пронзили копьем, прямо насквозь! Вот тогда-то мы и поняли, наконец, где оказались… Хотя – Нгоно в это до сих пор не верит, верно, Нгоно?
Нгоно лишь пожал плечами и улыбнулся.
– А что ты сам-то понял? – негромко спросила Катя.
Луи вздохнул:
– Понял, что мы в каком-то другом, древнем времени… Понимаете, я же учился в школе, было такое… Нас потом продали, продали в рабство, еще втроем… Потом бедняга Бенжамен ударил надсмотрщика… и его… его – копьем… А мы… а нас просто избили, видать, работорговец не хотел портить товар и терять деньги. Нас купил один фермер… или как он тут называется… мы работали, тяжело, копали землю… было не убежать – следили, потом фермер разорился, нас повезли в город на рынок… мы и решили – бежать! Бежать, а уж там – посмотрим. Понимаете, я раньше еще заметил, что вдруг пропало все современное – автомобили, скутеры, вывески… И вдруг – на бегу! – увидал – «Кока-кола»! И сразу подумал – это кто-то из нашего мира, я и раньше про это думал, про то, что мы можем здесь быть не одни!
Паренек замолчал, сделав долгий глоток холодного разбавленного вина.
– Ну, и как ты думаешь, в каком мы веке? – быстро спросил Александр.
– Я не думаю, – рассказчик неожиданно улыбнулся. – Я точно знаю. Августин Блаженный умер около десяти лет назад, я это как-то услышал – а кто такой Августин Блаженный и когда он жил – я учил в школе при католической миссии, у нас еще, в Кано, есть такой город.
– Вспомни-ка поподробней, как вы здесь оказались? Ну, вашу шхуну, шторм… Кроме вас в это время в море никого не было?
– Как же не было! – подал голос Нгоно. – Был какой-то белый корабль.
– Да-да, – Луи замотал головой. – Такое красивое судно с большой круглой антенной.
Саша и Катерина переглянулись. Снова этот корабль! Может быть, именно в нем все дело?! Но тогда – зачем? Зачем кто-то это сделал? Зачем отправил их в далекое прошлое? Или это все получилось само собою, спонтанно?
– А у меня ведь сохранился паспорт! – снова улыбнувшись, похвастался Луи. – Я его спрятал, сразу же – закопал в песок… а потом, когда повели продавать, улучил момент, пока садились в лодку. Взял. Думал – уж в городе-то он точно пригодится…
– Паспорт? – удивился Саша. – Так ты что же – его так с собой и таскаешь?
– Ну, не всегда. Но я специальный пояс сделал, пришил карман – вот! – с какой-то затаенной гордостью паренек вытащил из-под рваной хламиды завернутый в газету паспорт… – Вот!
Александр развернул, посмотрел на тронутое сыростью фото, усмехнулся:
– Что, так никто его и не отобрал?
Луи хохотнул:
– А кому он нужен-то? Хозяин как-то посмотрел, хмыкнул да выбросил… я и подобрал – документ все-таки. Вдруг пригодится?
– Ох, ничего же себе!!! – вполуха прислушиваясь к разговору, Катя как раз читала обрывок французской газеты, в который и был завернут паспорт Луи. – Ну и дела!
– Что такое? – удивленно обернулся Саша.
– А вот взгляни!
Девушка протянула газету, показав на черно-белую фотографию какого-то пожилого, чем-то похожего на Эйнштейна, мужчины. – Как думаешь, кто это?
– Это… – молодой человек всмотрелся. – Господи! Да это же наш антиквар! Месье Альфред Бади из Суса.
– Ага, антиквар, – язвительно кивнула Арника. – Я тоже так думала… Ну-ка, прочти…
– Доктор Фредерик Арно, – почему-то шепотом вчитался Саша. – Профессор! А что же он таился-то? Что ж не рассказал? Антикваром прикинулся…
– Он не только здесь антикваром прикидывался, – негромко промолвила девушка. – еще там, в Тунисе. И мне почему-то кажется – он от кого-то скрывался.
– Постой, постой, – Александр схватился за голову. – Точно – скрывался! И как-то странно исчез. Он же в нашем пансионе жил, в Карфагене!
