Ее карета. Теперь Шаллан смогла разглядеть в темноте частично обгоревший экипаж. Дождь погасил огонь; горела карета недолго. Наверное, они подожгли ее изнутри, где было сухо.
Несомненно, это была та карета, которую она наняла. Шаллан узнала узор на колесах. Поколебавшись, девушка подошла еще ближе. Что ж, ее подозрения были обоснованы. Хорошо, что пошла пешком! Что-то еще тревожило ее…
Кучер!
Она обежала карету, боясь увидеть худшее, и нашла труп мужчины с перерезанным горлом. Он лежал возле сломанной кареты, уставившись в небо. Рядом свалили трупы паршунов, что тянули повозку.
Шаллан так и рухнула на мокрые камни, прижав руку ко рту, – ее затошнило.
– Ох… Всемогущий Всевышний…
– Ммм… – прогудел Узор, как-то умудрившись звучать угрюмо.
– Они умерли из-за меня, – прошептала Шаллан.
– Не ты их убила.
– Я, – возразила Шаллан. – Словно сама держала нож. Я знала, что отправляюсь в опасное место. Они не знали.
И еще паршуны. Что она чувствовала по их поводу? Они – Приносящие пустоту, да, но сложно было не ощущать своей вины за случившееся.
«Ты заваришь кашу куда круче, если докажешь правоту Ясны», – напомнил ее внутренний голос.
Наблюдая за тем, как восторженно Мрейз разглядывал ее рисунки, Шаллан на краткий миг испытала к нему симпатию. Что ж, одернула она себя, правильнее запомнить вот этот момент. Мрейз позволил совершить эти убийства. Пусть горло кучеру перерезал и не он, но именно его слова указали, что ее следует по возможности устранить.
Они сожгли карету, чтобы изобразить последствия нападения бандитов, но никакие бандиты не подошли бы так близко к Расколотым равнинам.
«Бедолага», – подумала девушка о кучере. Однако если бы она не наняла карету, то не смогла бы спрятаться и пустить духокровников по ложному следу. Вот буря! Что нужно было сделать, чтобы никто не умер? Возможно ли вообще такое?
В конце концов веденка вынудила себя подняться и, ссутулившись, продолжила путь к военным лагерям.
55
Правила игры
Прелестно. Значит, сегодня меня охраняешь ты?
Каладин повернулся, когда Адолин вышел из своей комнаты. Принц был, как всегда, в безупречном мундире. Пуговицы с монограммами, ботинки дороже некоторых домов, меч на поясе. Странный выбор для осколочника, но принц, видимо, носил его ради внешнего блеска. Его волосы лежали белокурой копной с редкими черными прядями.
– Я не верю девчонке, – сказал Каладин. – Чужестранка, тайная помолвка, и единственный человек, который мог бы за нее поручиться, мертв. Она может оказаться убийцей, а это значит, что с тобой должны быть мои лучшие люди.
– О, какие мы скромные!.. – заметил Адолин и зашагал по каменному коридору в сопровождении капитана.
– Нет.
– Мостовичок, это была шутка.
– Ошибся, бывает. Я считал, шутки должны быть смешными.
– Только для тех, у кого есть чувство юмора.
– А, ну конечно, – парировал Каладин. – Я-то свое обменял давным-давно.
– И что же ты за него получил?
– Шрамы, князек, – прозвучал негромкий ответ.
Взгляд Адолина метнулся к выжженным клеймам на лбу капитана, хотя они большей частью прятались под волосами.
– Великолепно, – чуть слышно пробормотал принц. – Просто великолепно. Я безумно счастлив, что ты идешь со мной.
В конце коридора они выбрались на дневной свет. Впрочем, было не слишком-то светло. Несколько дней шли дожди, и небо все еще застилали тучи.
Они вышли в военный лагерь.
– Где второй стражник? – спросил Адолин. – Обычно вас двое.
– Сегодня я один. – Людей не хватало, поскольку Каладин должен был заботиться о безопасности королевской семьи, а Тефт опять забрал новых рекрутов на патрулирование. Ко всем остальным он приставил двух-трех человек, но решил, что за Адолином последит и в одиночку.
