— Нельзя. На нем может быть маячок. На нашем пежо тоже нельзя. Его наверняка отследят по GPS.
Себастьян кивнул: — Ты прав, босс. Давай вызовем такси?
Джош покачал головой: — Сдурел? Угоним машину. Такую, которая не бросается в глаза.
— Угоним машину? — Себастьян был шокирован. Разбитое окно «Ниссана» — самое серьезное его правонарушение за двадцать семь лет жизни. — Я не могу.
— Конечно, можешь… Тем более, других вариантов у нас нет. Я бы сам, но…
— Schon![459] — Себастьян в ужасе зажмурился. — Говори, что надо делать!..
…— Вот так мы здесь и оказались, — заключил Себастьян, обнимая девушку. — Представляешь, я угнал машину! Сам!..
Но Бриджит мало интересовали подвиги Баса.
— Значит, я — предательница? — желчно поинтересовалась она.
— А я — проститутка? — вторила ей Катрин.
Обе они многообещающе смотрели на Джоша — тот привалился к стене, лицо было серого цвета, губы бледные и сухие, а глаза, всегда ясные, словно летнее небо, заволокла болезненная муть.
— Дамы, вы оторвете ему голову позже, — вмешался Фафнир. — Нам пора что-то решать.
— А ты кто? — Джош вдруг проявил хоть какой-то интерес к тому, что творится вокруг. — Откуда ты, бородатый, взялся?
— Мне объяснить? — Фафнир повернулся к Катрин. — Или отложим на потом?
— Придется объяснить, — Рыков не дал ей ответить. — Или вали отсюда.
— Олег! — испугалась Катрин. — Зачем ты так? Если б не Фафнир…
— Кто-кто? — переспросил Рыков. — Ты шутишь?
Без сомнения, такой поклонник Вагнера, как он, оценил прозвище бородатого байкера.
— Он из свиты Изабель, — сообщила неохотно Бриджит. — Но почему-то нам помогает. Не знаю, честно говоря, почему.
— Очень хотелось бы знать, кстати, — нахмурился Себастьян.
— Это долгая история, — серые глаза Фафнира сузились. — Давайте выберемся из дерьма, в которое мы все, и я в том числе, влипли, а потом уже будете со мной разбираться.
— Прежде всего, Катрин должна уйти отсюда, — прохрипел Джош. — Немедленно.
— Еще чего! — фыркнула она, — никуда я не уйду.
— Немедленно, — повторил он. — Отправляйся на улицу Жирардон. Там сейчас безопаснее всего.
— И там Серж, между прочим, — поджала она губы. — Или на это тебе плевать?
— Они же по-русски говорят? — глаза Баса зажглись детским восторгом. — Как красиво!
— Ничего красивого, — процедила Бриджит. — Вот сейчас они отношения выяснят, и мы займемся делом!
— Необходимо дать знать бабушке… то есть мадам Перейра, — твердо заявил Себастьян. — Без нее мы не справимся.
— К черту твою бабушку! — взорвалась Бриджит. — Я не доверяю никому, и ей в том числе!
— А мне?
— Где ты шлялся? — уклонилась ирландка от прямого ответа. — Я думала, что ты уже никогда не появишься.
Себастьян не отрывал от нее испытующего взгляда: — В самом деле?..
— Как я от вас устала! — воскликнула Катрин. — Какая, в самом деле, разница — доверяете вы друг другу или нет?
— Катрин, — Джош приоткрыл глаза, — тебе надо срочно уйти отсюда.
— И ты тоже — заткнись! Как вы мне все надоели!
— Я понимаю, — Олег бессильно вздохнул. — И поэтому — уходи. Я не допущу, чтобы ты участвовала в наших разборках.
— Это я как-нибудь уж сама решу, — отрезала она. — Ты мне не муж.
— Это правда.
Воцарилась тишина. Каждый посматривал на окружающих, ожидая, что кто-то выскажется конструктивно. И наконец, такой человек нашелся.
— Валить вам надо, — буркнул Кусто. — Пришьют вас здесь.
— Было б куда, — огрызнулся Джош.
— Изабель говорила о каком-то монастыре, — вспомнил Бас. — И о гостье, которую там прячут.
— О гостье? — нахмурился Джош. — Ты уверен?
— Я ясно слышал. У меня мелькнула мысль, что та девочка, Тони…
— Та девочка умерла, — пробормотал Джош, а Катрин заинтересовалась:
— О ком речь?
