подозрительность, все более глубокое презрение к низшим, одним словом,
Возникшие классы разделены глубочайшей психологической и нравственной пропастью, тем самым создается социальная база для развития административно-командной системы управления. Возникшие классы разделены глубочайшей психологической и нравственной пропастью, тем самым создается социальная база для развития административно-командной системы управления.
§ 3. Правовая охрана материнства и детства – стратегическое направление развития советского законодательства и государственной политики в СССР (1960–1980 годы)
Среди основных направлений деятельности Советского государства в социальной сфере, вопросы материнства и детства занимали значительное место. Для этого существует ряд объективно выраженных предпосылок социально-экономического и политико-идеологического характера, которые явно проявились в 1960–1980-е годы. Такими предпосылками нам представляются следующие.
Во-первых, Советское социалистическое государство декларировало значимую цель: удовлетворение постоянно возрастающих потребностей личности. С правами и свободами личности дело обстояло не совсем так, как сейчас требуют международные стандарты. Но вместе с тем, каждое новое партийное и государственное решение советского периода было нацелено на увеличение плановых показателей материального и духовного порядка. Даже при известном формализме управленческого подхода наблюдался рост показателей в сфере обеспечения матерей и детей необходимыми товарами и предметами потребления. С конца 1960-х – начала 1970-х годов в стране росла рождаемость, что явилось важным обстоятельством как преодоление огромных потерь в Великой Отечественной войне. Увеличивалось количество детских садов, санаторно-курортных учреждений, пансионатов, которые принимали для лечения и отдыха детей и родителей, медицинское обслуживание носило всеобщий характер, обеспечивало необходимые мероприятия, охрану здоровья. Можно констатировать целый ряд иных факторов, которые позволяют утверждать, что возрастающие потребности хотя и минимально, но удовлетворялись.
Во-вторых, Советское государство обеспечивало выполнение возможных социальных задач, ориентируясь на максимально широкие слои общества. Государственная и колхозно-кооперативная собственность, идеологические и политические установки данного периода сдерживали усиление материальной дифференциации, основанной на частной собственности, и соответственно государственные усилия в социально-экономической области были более или мене равнозначно направлены на городское и сельское население, рабочих государственных предприятий и совхозов, интеллигенцию, учащихся, студентов.
В-третьих, в соответствии с програмными задачами Коммунистической партии и Советского государства семья признавалась «основной ячейкой общества». Это означало привлечение внимание к различным аспектам семьи, но, прежде всего, к положению матери и ребенка, которое во все времена считалось показателем благополучия общества или его отсутствия.
В-четвертых, вопросы правовой охраны материнства и детства особенно актуализировались в послевоенные годы в связи с необходимостью формирования новых отношений в социальной сфере, воспроизводства населения и выполнения общестратегических задач материального и духовного развития советского общества.
Актуальность стратегического совершенствования социального благополучия общества, в том числе, и, прежде всего, была подтверждена дальнейшим ходом социально-экономического развития общества, которое претерпело по существу революционные трансформации уже в 1990-х годах.
Действительно, в современных условиях, когда речь идет о формировании социального государства в России, что предполагает Конституция РФ 1993 года, наряду со многими другими аспектами, безусловно, особую роль играет решение задач по созданию условий для максимального удовлетворения потребностей, нужд, интересов матери и ребенка, их правовой охраны.
Вопросы охраны правового положения матери и ребенка в истории отечественной государственности до советского периода не имели приоритетного значения. В классово-дифференцированном обществе с отсутствием четких механизмов правового регулирования, исходных принципов гуманизма, реализуемых в законодательстве, в том числе посредством равных возможностей, наиболее ярко воплощающихся в социальной сфере, отсутствии традиций демократии, сложно вести речь об эффективных стратегических направлениях правовой охраны материнства и детства.
Хотя можно отметить высказывающееся в научной литературе мнение, что «именно в царствование Петра Великого вопросы охраны здоровья матери и ребенка впервые приобрели государственное значение и получили правовое закрепление»[878]. Соответственно до этого времени никаких системных усилий государство в данной области не осуществляло. После царствования Петра I также вряд ли можно утверждать наличие всеобъемлющей, распространенной на все слои общества политики в сфере охраны материнства и детства. При всей неоднозначности современных оценок Советского государства и соответствующего законодательства, именно в периоды его существования были заложены основы социально равного обращения к проблеме охраны прав матери и ребенка.
Поэтому анализ законодательства, особенностей государственной политики, научных позиций исследователей позволяет утверждать, что правовая охрана материнства и детства в Советском государстве в исследуемый период осуществлялась и обеспечивалась комплексными мерами. Прежде всего, это реализация политики, направленной на укрепление семьи – проведение «семейной политики». Ее осуществление возможно, прежде всего, на основе определенных экономических механизмов, широких мер социального характера, поддерживающихся на политическом и идеологическом уровнях. Однако
