закрывали створки из толстого необработанного дерева. Прикинув и припомнив, Дуан догадался, что за этими створками находится конюший двор и сами конюшни.
Тайрэ спустился на пару ступеней и обернулся.
– Те ворота – на соплях. Откроешь с легкостью, только не забудь смазать петли. Это все же лучше, чем каждый раз обманывать стражу. Тем более что однажды она может не обмануться.
Дуан потянул носом воздух и уловил слабые запахи сена и навоза, подтвердившие его догадки.
– А что тут было раньше, в этом дворе? И откуда ты…
– Королевские отхожие места, пока во дворце не провели системы слива и подачи воды. – Тайрэ фыркнул, заметив замешательство Дуана. – Не знал? Да, это все появилось и укоренилось только после того, как твой отец пожил у нуц. Это ведь они у нас чистоплотные.
На второй вопрос, не заданный до конца, Тайрэ не ответил. Дуан не стал повторять, помня, что наставник всегда все прекрасно слышит, но так же прекрасно и прикидывается глухим.
– Интересно. Вернемся?
Железный лишь чуть вытянул руку вперед и вложил ключ Дуану в ладонь.
– Мне пора. А его береги. Можешь заказать новый замок на всякий случай, но вообще-то эта вещица существует в одном экземпляре.
Дуан не сдержался и все же спросил:
– Откуда это именно
– От твоего отца. Но это было еще задолго до тебя. И до многого. Думаю… ты узнаешь. Но не сейчас.
Ответ был слишком простым и при этом не давал ничего.
– До встречи, Ино. Ты молодец.
Железный развернулся и пошел по ступеням вниз, на ходу надевая шляпу. Дуан с трудом удержал тяжелый вздох. От Багэрона Тайрэ пахло морем, и он возвращался именно туда. А ему, королю Ино ле Спада, предстояло прямо сейчас начинать делать вид, что он озабочен предстоящим большим ужином. Хотя время завтрака еще даже не закончилось.
2. Торжественный фарс
Ужин должен был стать первым сравнительно
Сначала – когда гости расселись – одно место, по правую руку от Дуана, осталось свободным. Прекрасно зная, кто должен сидеть здесь, он неуютно заерзал и чувствовал себя как на иголках, пока к нему не подошла одна из юных камеристок и, наклонившись, не прощебетала:
– Принцесса опаздывает.
– Я заметил… – процедил он сквозь зубы и обаятельно улыбнулся. – Пусть поторопится.
Камеристка упорхнула, оставив шлейф сладкого запаха розовой воды.
Дуан вздохнул. На него – с любопытством и ожиданием – смотрели не меньше пятидесяти пар глаз сразу. Это было весьма неуютное ощущение, учитывая, что даже экипаж «Ласарры» насчитывал всего тридцать человек, некоторые из которых были одноглазыми. Швэ тянулись. Гости поглядывали на ломящийся от еды стол, где ждали, кажется, кушанья со всего Морского Края и немало заморских. А потом гости опять таращились на короля.
Наконец Дуан, помянув про себя сестру нехорошим, но еще сравнительно ласковым словом, решил не усугублять и не тянуть происходящее. Снова улыбнувшись, он поднялся на ноги, в тут же наступившей тишине поприветствовал гостей и тихо заговорил. Заранее написанная речь полилась ровным потоком, стопорясь только там, где Дуан задумал упоминания Розинды, которая
– В общем и целом, – он уже закруглялся, – я очень…
– Любезный брат, вы что, начали без меня?
Розинда появилась в дверях, присела в церемонном
Сестра приблизилась к Дуану и одарила всех милой улыбкой.
– Простите его, он несколько забыл манеры за время своего… сна, да, Ино? Сладко-сладко спал. Бедный, бедный мой глупый братец.
Медленно сжав левую руку в кулак, Дуан кивнул.
– Да, сестра. Благодарю, что вы напоминаете. И что вы сочли возможным все же появиться.