Странное дело: звучали слова совершенно незнакомого языка, а смысл был понятен и без перевода! Мало того, можно было в полной мере оценить и четкость рифм, и богатство способов, с помощью которых неведомые поэты пытались донести свои мысли и чувства до будущих почитателей!..
По мере того как приглушенный голос озвучивал строки, зарифмованные столетия назад, символы древней иномирской письменности словно стекали в извилистых потоках золотистого свечения с потемневшего от времени пергамента и, колеблясь и мерцая, медленно скользили вокруг него по расходящейся спирали, чтобы затеряться и растаять в темноте, притаившейся в дальних углах комнаты. Некоторые буквы отделялись от общего потока и превращались на время в спутников иного светила в лице моей подруги, завершая самостоятельное путешествие в чашечке цветка, который она держала в руке. Вячеславна с интересом слушала гостя и наблюдала за их перемещениями, но вскоре ее взгляд остановился, устремившись в одну точку, веки медленно сомкнулись, голова откинулась на подушку… Интересно было наблюдать, как свеча постепенно теряет прозрачность, наливаясь матовой чернотой, а пляшущие на фитильках язычки пламени меняют высоту, яркость и цвет…
Эрриан еще некоторое время продолжал говорить, постепенно переходя на едва слышный шепот, потом замолк, аккуратно пристроил расслабленную руку подруги на подлокотник и дотянулся до шнурка на стене. Тут же появившимся в дверях девушкам жестами показал, что свеча догорит и погаснет без посторонней помощи, а им надо тихо и быстро уложить госпожу как можно удобнее, занавесить окна и ни в коем случае не будить. Когда же проснется – сама! – подать питье с настоем из этой вот фляжки, ровно двадцать капель на первый прием и с каждым разом уменьшать на четыре – и не вздумать перепутать! И вянущие цветы без него не убирать! А книга останется здесь, на столе, и не дай боги ее тронуть кому-то, кроме его самого или госпожи!..
Уходя, он двумя пальцами подобрал упавший на пол, почерневший и явственно потяжелевший тюльпан, ушел с ним в старую часть парка, где протекала мелкая, но быстрая речушка… Подбросил цветок вверх и, щелкнув пальцами, заставил сгореть, рассыпавшись множеством неожиданно ярких искр… Они, медленно кружась в безветренном воздухе, опускались в прозрачную воду, а журчащие струи уносили все, что осталось, далеко и навсегда…
Тарглан быстрее всех остальных вернул себе прежнюю форму, а от моих напоминаний о толком не заживших ребрах и ключицах отмахивался, мол, они же ходить не мешают! Активно проведенный день он часто заканчивал в компании магов и хозяина замка, и в этот очень поздний вечер я застукала их выходящими из дверей подвала. Оно конечно – учет количества и качества веселящих напитков дело святое, особенно в преддверии грандиозной вечеринки, только меня слегка смутило сочетание оттенков цвета в поле «скрытого зрения», глубокомысленное выражение лиц полуночников и философский трактат под мышкой Фадиндара (если я не перепутала обложки фолиантов, что маловероятно).
Призрак уловил мое присутствие и приотстал от компании. Некоторое время мы молча шли рядом.
– Что-то наш Светлый Вождь совсем куда-то запропал… или где-то нашелся предмет, более достойный его драгоценного внимания?!
– Не более. Просто достойный.
– Например, актуальные проблемы бытия, просвещенные собеседники и дальний уголок в знаменитом винном погребе нашего фамильного замка?
– Если знаешь, зачем спрашиваешь?
– Значит, наше с подругой присутствие настолько надоело за время путешествия, что дубовые бочки предпочтительней?!
– А вот сейчас наше величество изволит говорить полнейшие глупости!
– Тогда почему мне кажется, что ты в последние дни кое-кого избегаешь?
– Просто не хочу вмешиваться, – пожал он плечами.
– ??!
– В процесс исцеления, например. Помочь, увы, ничем не в силах, так хоть помехой не стану…
– Хорошая компания тоже может быть лечебным средством!
– Не думаю, что с этим у нее проблемы! Недостатка в желающих явно не предвидится в ближайшую пару столетий…
Я прекрасно видела, каковы перепады цвета в зависимости от эмоций, кстати, не самых радостных почему-то…
– Между прочим, в таких случаях очень полезно общение именно с теми, кто пережил эти ужасы вместе с пациентом. Как пример того, что не стоит на них зацикливаться, к тому же проговоренное вслух легче разрешается…
– И для этого у нее имеется вполне подходящий собеседник!
– Да, но иномирский принц не обязан отдуваться один за всех! Ты ведь уже в порядке, почему бы не помочь обрести равновесие самому неопытному из команды?
Судя по всплеску цвета в сенсорном поле, Светлому Вождю стало всерьез неловко за то, что не додумался до этого сам. Я продолжила гораздо тише:
– Никогда не будет лишним никто из друзей! И потом, с чего ты решил, что лучше знаешь, чье общество для нее окажется более полезным и приятным?!
Он ответил мне долгим задумчивым взглядом и молча ушагал в темноту. На лестнице меня перехватил некровный родственник и убедил помочь ему оценить новое вино, доставленное по случаю свадьбы. Я дошла с ним до маленькой гостиной на нашем этаже, с удовольствием вытянулась в удобном кресле и приняла кубок с прозрачной жидкостью. Ярко-оранжевый цвет был настолько насыщенным, что казалось, будто питье светится собственным светом… Процесс дегустации неожиданно оказался настолько увлекательным, что мы засиделись за полночь. Под конец беседы я все-таки озвучила некоторые мысли, чего наверняка не стала бы делать на трезвую голову.
– Давно хочу спросить…
– Я весь внимание!
– Почему ты не пришел к нам на помощь раньше?
Фадиндар несколько долгих мгновений смотрел на меня вприщур, потом тряхнул волосами:
– Такой вопрос можно понять по-разному, но будем считать, что ты в силу всего пережитого просто не в состоянии оценивать реальность объективно.
– Что ты имеешь в виду?
– Например, степень моих возможностей в отношении пробивания лбом временных и пространственных границ между мирами… причем несколькими сразу!
– И все же ты смог!
– Да. После того как почти во всей красе показали себя силы стихий, пробужденные к действию кольцом. Благо моей змеиной ипостаси хватило узкой щели, каковую представлял собой проход на тот момент, а огненной сущности – остатков затеянного вами пожара…
– Прости! – Мне в самом деле стало стыдно
