– Сейчас не об этом речь! – Вновь обретенный супруг сел и тряхнул серебряной гривой, ловко уходя от ответа на провокационный вопрос.
– Еще бы! Лучше уж посомневайся вслух насчет причин моих стараний! Например, выскажи наконец глубокую мысль, что все это время я наизнанку выворачивалась вокруг твоего бесчувственного тела только для того, чтобы загладить свою вину!!!
– Я никогда не думал ни о чем подобном!
– Неужели?!!
– Пойми, я не собираюсь тебя винить или упрекать – сохрани боги! – ты имела полное право на что угодно, поскольку была уверена, что вернулся твой законный муж, ведь близнецы даже по запаху не отличаются! Просто непонятно, почему ты так упорно пытаешься отрицать очевидное?!
Повисла нехорошая пауза, во время которой я добросовестно пыталась остановить процесс окрашивания окружающего мира в сенсорном поле зрения в опасный багрово-малиновый цвет. Получалось, если честно, ерундово и с трудом. Огромным и непосильным – чем дальше, тем больше…
– «Очевидное» – для чьих очей? – совсем тихо поинтересовалась я, вставая и запахиваясь в одеяло. – Для бесстыжих гляделок неверного муженька, у которого сейчас наверняка сердце не на месте, потому что пришлось-таки вслух признаться в уже доказанной измене? И поэтому он судит об остальных по себе?!
Мне удалось кое-как вдохнуть через горячий тугой ком, сдавивший горло, и я продолжила, еще больше понизив голос:
– Повторяю для особо одаренных и повышено порядочных: между мной и твоим новоявленным братцем не было ни-че-го такого, за что я должна была бы каяться! Хоть перед тобой, хоть перед любым из небожителей или всеми вами, вместе взятыми, хоть перед собственной совестью! А если тебе так уж хочется упорствовать в своем неверии – твои проблемы!
– Мне совсем не хочется ничего подобного! – Дин, похоже, начал жалеть, что затеял этот разговор, поэтому откровенно сдал позиции. – Просто не укладывается в голове…
– Значит, повяжи на шею! Или на другую часть, из числа тех, на которые приходится часто смотреть!!! – Я еще держала себя в руках, но совсем не была уверена, что тормозов хватит надолго.
– Пойми, любая бы на твоем месте…
Во мне словно лопнула струна, с резким звоном и гулким эхом, которое толчками перекатывалось под сводами черепа, настойчиво и болезненно выдавливая глаза изнутри. Вдруг навалилась такая усталость, как будто всю ночь пришлось таскать на себе мешки с картошкой, причем на время и по исключительно пересеченной местности. Даже дышать было тяжело…
– Значит, за все это время ты так и не понял, что я – не «любая»? – Тихие слова падали в темноту как сухие и бесцветные прошлогодние листья. – Бог тебе судья… и он же свидетель, что совесть у меня чиста! Ему и решать, в чем я была не права. Но вот чего я точно делать не собираюсь, так это просить о прощении тебя!..
– И не надо! – Супруг вскочил и шагнул ко мне, протягивая руки. – Я тебя все равно простил бы за что угодно, даже непрошено!
Почему-то эти его слова, сказанные уже примирительно-интимным тоном, сыграли роль мощного детонатора, неожиданно сработавшего на складе с качественно пополненным запасом новейших взрывчатых веществ. Я смотрела на честное лицо своего возлюбленного, украшенное той самой сногсшибательной улыбкой, а весь окружающий мир окончательно и неотвратимо заволакивало переливчато-багровым туманом.
– Вот, значит, как?! – медленно выдохнула я, подступая вплотную. – Спешите видеть: невиданная широта души, неслыханное великодушие! Мало того что мне пришлось чертову пропасть времени провести вдали от своих детей, блуждая по всему Материку, рискуя жизнью и перебаламутив попутно уйму народу и небожителей в придачу… Мало того что меня лишили моего дара в уплату за возможность отыскать среди миров наше блудливое величество, которое через естественные мужские слабости умудрилось вляпаться по самое некуда в очередное приключение… Мало того что твой «невинный поход налево» совсем неслабо встряхнул энергосферу этого мира после вынужденных скачков туда-обратно через Границу в запретное измерение и закончился парочкой катаклизмов – так, для разнообразия, в самый раз, чтобы не заскучать от безделья… Так ты еще милостиво, с барского плеча, решил простить меня за измену, которой даже не было?!!
– Но, любимая…
– НЕ СМЕЙ – СЛЫШИШЬ?! – БОЛЬШЕ ДАЖЕ В МЫСЛЯХ НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАТЬ!!!
Эти слова я уже не проговорила – хрипло прорычала сквозь оскаленные зубы. Видимо, небывалый доселе взрыв эмоций непроизвольно запустил механизм трансформации…
– Но почему…
– Потому что любить – прежде всего значит верить! А ты… А ты!..
Дин, заметно меняясь в лице, невольно попятился, но уперся спиной в несущий столб и отвернулся, не выдержав пронзительного взгляда полыхающих зеленым глаз разъяренного хищника. Я встряхнулась и хлестнула себя по бокам полосатым хвостом, презрительно фыркая после каждой фразы:
– Не вздрагивай так, величество! Я не лишу этот мир столь блистательного правителя – хотя бы потому, что будет жаль своих же усилий, затраченных ради твоего воцарения на Северном троне! Только теперь тебе придется сидеть на нем в одиночестве! И боги тебя упаси приблизиться к моим фамильным владениям даже на сто три полета ликуартисской стрелы!..
– Тэйлани!!!
Поздно! Короткий, наискось, взмах мощной тигриной лапы, короткий звук, режущий слух… Толстая шкура, служившая стенкой нашего шатра, осела на землю неровными длинными клочьями, располосованная бритвенно-острыми когтями… Сверху плавно легли обрывки пергамента, хранившего заклинание для поддержки изолирующего купола… Полосатая тень взметнулась в бесшумном прыжке и стремительно растаяла во мраке… По лесу до самых темнеющих вдалеке скал волной прокатился оглушительный тигриный рык, заставив стаи разбуженных птиц одновременно взмыть в ночное небо и всполошенно метаться с истошными криками…
Наши друзья оказались на высоте. В рекордные сроки прочесали с оружием окрестности, развели костры заново и выяснили причину переполоха. Выслушав краткое, но приемлемое для окружающих объяснение из уст короля, который успел и прийти в норму, и одеться, мужчины ринулись было седлать коней, чтобы догнать беглянку, но Дин остановил их. Разумнее было дождаться утра и найти меня по следам, а я к тому времени слегка успокоюсь… возможно… ведь и богам неизвестно, что я сотворю с теми, кто попадется мне под горячую лапу!
Мысль была вполне здравая, и так оно и вышло бы, только всю обедню испортил проливной дождь, хлынувший через какой-то час после моего бегства. Ледяные струи хлестали с такой силой, что просекали насквозь плотные листья деревьев и выбивали из дернистой почвы комочки земли вместе с мелкими камешками. О каких
