– Странные корабли – это как? Объясни, – потребовал Малыш.
– Про первый мне рассказали на Бора-Бора. Правда, – печально сказал Филандеваль, – я до сих пор не уверен, правильно ли понял речь тамошних аборигенов. Огромная, под сотню ярдов, рыба, похожая на черного кита, а на верхушке её плавника – глаз, сияющий в ночи ярче тысячи солнц. Конечно, – продолжил он, – подобный светильник бывает и у некоторых глубоководных рыб. И не исключено, что этот таинственный левиафан и в самом деле порожден океанской бездной, но сам не знаю почему… – добавил полуэльф, искоса глядя на собеседника, – мне вспомнился «Монитор»…
Уин промолчал. Прожектором «Сына Локи» управляли они с Викки – и им было очень-очень смешно. Как и всему экипажу субмарины – «веселящий газ» из неправильно маркированного баллона выветривался почти четыре часа.
– Второй корабль видел один туземец с Фуатино. «Большой, черный, как сердце вампира, резал волны быстрее меч-рыбы…» – но ни парусов, ни дыма видно не было. Местные свято уверены, что это был корабль-призрак, сборщик душ.
– Фил, – медленно произнес Малыш, – а вы случайно не запомнили имя этого туземца?
– Случайно, – на миг Уину показалось, что в глазах Фила вспыхнули крохотные искорки, вспыхнули и пропали. Насмешливые искорки, – запомнил. Туземца зовут Хуру.
Нан-Мадол, Ута Бакгхорн
– Их там нет.
– Вы забыли добавить «тайса», Гиити, – укоризненно сказал старший офицер «Сагири».
Тай-и Гирс Гиити, командир «спецотряда Лилий», приданного тайсе Бакгхорн для выполнения миссии чрезвычайной секретности и важности, о провале которой он только что и доложил, очень медленно повернул голову, и нэко понял, что «дуэль взглядов» безоговорочно проиграна им еще до начала. В глазах тай-и не было ни страха, ни любопытства – ничего, кроме целого океана усталости.
– Мы, – слова Гиити медленно сочились сквозь стиснутые губы и, срываясь, падали в тишину рубки, словно капли воды из неплотно подогнанного сальника, – семь проклятых раз обнюхали каждую проклятую песчинку в этом дважды проклятом подводном городе. И заглянули под каждую трижды проклятую раковину в радиусе пяти миль вокруг него. Трое моих парней сейчас валяются в лазарете. Впрочем, если вы желаете удостовериться в том, что мы не проглядели такую незначительную мелочь, как десяток-другой платиновых саркофагов… «пузырь» к вашим услугам, сейса.
– Но ведь они должны быть там! – лихорадочное постукивание хвостом вообще-то также являлось нарушением этикета, за соблюдение которого ратовал старший офицер, но в данный момент все силы нэко уходили лишь на то, чтобы сдержаться и не заорать благим мявом. – Комиссия Одзабуро подтвердила это за неделю до нашего отплытия.
– Ни секунды не сомневаюсь в профессионализме и компетенции астрологов и магов из Комиссии, – отозвался тай-и. – Собственно, сейса Амика полностью подтвердила их выводы, зафиксировав четкие следы ауры именно в том месте, где мы и предполагали обнаружить саркофаги. Все очень-очень просто – за неделю до нашего отплытия они там были, а сейчас их там нет! Понимаете… сейса?
– И что же, по-ваш-шему, – прошипел старший офицер, – произошло с ними? Унесло течением? Заглотила проплывавшая мимо акула? Гигантский кальмар утащил в свою пещеру?
– Какая бы из перечисленных вами сущностей, – голос тай-и звучал тихо и невыразительно, – не была ответственна за сей акт, определенно можно сказать только одно. А именно – он-она-оно-они не пользуются человеческим обычаем оставлять после себя визитные карточки… или хотя бы выцарапывать на древних постройках свои имена вкупе с подобающими случаю выражениями. Более того, они приложили немало усилий, чтобы не оставить после себя вообще никаких следов… сейса.
– Интересно, – насмешливо произнес нэко. – Если эти таинственные они не оставили никаких следов – за вычетом, разумеется, исчезнувшей цели нашей экспедиции! – то почему вы так уверены в их существовании?
– А что, упомянутого вами следа недостаточно?
– Вы забыли добавить «сейса», Гиити.
Нэко не успел заметить, как капитан «Сагири» оказалась рядом с командиром «Лилий». Миг назад она еще стояла в противоположному углу, а сейчас…
– Да и вообще вид у вас не очень. Сколько суток вы не спали, тай-и? Двое? Трое?
– Три дня и семь часов, тайса.
– Заметно, – сухо сказала Ута. – Очень заметно. Надеюсь, однако, что боевой приказ вы еще в состоянии воспринять, – при словах «боевой приказ» тай-и Гирс предпринял вялую попытку расправить плечи.
– Ступайте в каюту, тай-и, запритесь… и если кто-нибудь увидит вас раньше, чем через десять часов, то я позволю целителю Спитхеду привязать вас к лазаретной койке – не далее как сегодня он жаждал опробовать на вас это… лекарство.
– Целитель Спитхед… – впервые за время разговора на лице Гиити появилась слабая тень чего-то способного сойти за проявление эмоций, – необычайно трепетно относится к состоянию своих подопечных – но из-за этого он не всегда может в должной мере оценить требования текущего момента…
– Тай-и, требование текущего момента вы только что услышали! Спать!
– Есть!
Двумя короткими скупыми движениями Гирс исполнил «почтение-к-вышестоящему-командиру» и, развернувшись на каблуке, направился к выходу из рубки.
– А вот когда отоспитесь, – ворчливо напутствовала его Бакгхорн, – тогда и явитесь сюда вновь…
– Тайса! – терпения нэко едва хватило на то, чтобы дождаться лязга задраиваемой брони. – Возможно, я чего-то не понимаю, но…
– На самом деле, – тон капитана «Сагири» был по-прежнему сух и обманчиво спокоен. Обманчиво – потому что нэко явственно ощущал, как становится дыбом шерсть у него на спине. Знакомое щекочущее ощущение – когда стоящий рядом старается сдержать не просто чувства, а яростный поток Силы, способный насквозь прожечь дюймовую броню… или плоть подвернувшегося в недобрый час неудачника, – …поиски следовало прекратить еще вчера. Сразу после доклада сейсы Амики.
– Но что мы доложим гэнсую Фалькенхорсту? – растерянно спросил нэко.
– Мы принесем ему весть. Весть, быть может, не менее, а более важную, чем не доставленный нами груз. Весть о том, что у нас появился Враг!
Глава 5
Где-то на полпути между Джалуитом и Бугенвилем, Малыш Уин
– Большая черная корабль, – чтобы придать своим словам больший вес, канак начал кивать с такой частотой, что у Малыша зарябило в глазах. – Паруса нет, дым-труба тоже нет. Моя бойся-бойся – думай, повстречай корабль мертвых. Моя плыви на берег, рассказывай шаман, а шаман уже знай. Шаман говори – это быть большая каноэ духов тьмы.
– Пит, – вполголоса сказал Малыш. – Помню, я видел на твоем гамаке такую толстую синюю книгу…
– Справочник Нейжа, конечно же, – избыток переполнявших его чувств вексиль-шкипер выразил чисто человеческим жестом – с размаху шлепнул себя ладонью по лбу. Хлопок был хорош – перепуганный туземец вскочил и попытался броситься наутек, но рука Уина снова пригвоздила его к песку.
– Твоя – сидеть! – веско произнес Малыш. – Или моя твоей ломай плечо!
Небольшая – человек двадцать – толпа близких,
