Познакомились они давно, Лара была еще малышкой. Лиза уехала в дом отдыха на море, у Махотина в последний момент появилась срочная работа, и он остался. Ему позвонила приходящая нянька, соседка с первого этажа, и сообщила, что у Ларисы температура. Оказалось воспаление легких. Галину ему посоветовала врач со «Скорой». Девочка на удивление быстро выздоровела, и так же быстро у Махотина с Галиной закрутился короткий роман.
Она была несмелой любовницей. Ему нравилось ее дразнить, когда она заставляла его выключать свет. Она боялась при нем раздеться и все время шикала на него, когда он повышал голос. Ей казалось, маленькая Лариса все слышит: и скрип пружин, и его влажное сопение. А он, забавляясь, нарочно издавал громкие звуки. Дурак, конечно, был. Галина страшно переживала, несмело делала ему замечание, вроде того, что «нельзя быть таким безответственным». Он обнимал ее жарко, дышал громко в ухо, чтобы она ничего, кроме его дыхания, не слышала, заводил ее и наслаждался, когда она сама забывалась в горячечном бреду, покрикивая тоненько и постанывая. Ларку она тогда поставила на ноги в два счета, ухаживая за ней, как за родной дочерью. А потом они мирно расстались, благодарные друг другу. Она – за кусочек бабьего счастья, он – за внесенное в его жизнь разнообразие.
Так что позвать в гости и не дождаться – это не про Галину. Отгоняя от себя плохие предчувствия, Махотин набрал номер знакомого следователя из городской прокуратуры.
– Леня, Махотин опять беспокоит. Да, ты сегодня от меня не отделаешься! – Со следователем Бориным они расстались с полчаса назад, когда Махотин забирал результаты экспертизы из лаборатории. Не зайти к Леньке, с которым за десять лет знакомства было выпито море пива под рыбку, он не мог. Правда, женившись пару лет назад и родив дочку, Борин стал откровенно увиливать от пивных посиделок.
– Слышь, Махотин, только не говори, что я тебе нужен как мент.
– Ты мне нужен как мент, Леня.
– Да чтоб тебя! Только домой собрался, годовщина у нас с Дашкой: ужин, свечи, интим… Даже детей раздали по друзьям. Редкостная удача. А тут ты! Труп нашел? – вроде бы пошутил Борин, но в голосе были слышны нотки тревоги. За время их дружбы Махотин не обращался за помощью к нему ни разу. А тут аж два раза за день.
– Пока не нашел. Предчувствие нехорошее. Вот стою перед квартирой, хозяйка которой только что назначила мне свидание.
– Так ты что, опять за старое взялся, Бориска? – хохотнул Борин.
– Да ты дослушай! Это не из той оперы. Свидание деловое. Она мне рассказать что-то хотела. Важное. – Махотин поведал ему о полученной записке и звонке Галины.
– Ты что же думаешь, она там, в квартире?
– Да не знаю я. Телефон ее точно там – слышу вызов. Говорю же, она не могла никуда деться – я звонил от подъезда, спрашивал квартиру, этаж – забыл уже! Она ответила. Поднялся, ткнулся в закрытую дверь! Милицию вызывать – у меня оснований нет. А как я дверь вскрою? Без вашего позволения, так сказать. Заметете как взломщика! – Махотин пытался шутить.
– Хорошо, сейчас буду. И участковый подойдет со слесарем. Ты пока постарайся от квартиры далеко не отходить. И не геройствуй! Встань между этажами, так тебе видны будут и дверь, и лестница.
– Ладно. Жду. – Махотин понял, что Борин ему поверил. А страх за жизнь Галины у Махотина в душе поселился нешуточный.
Он поднялся на один лестничный пролет и встал у подоконника. Невольно поморщился – на батарее отопления стояла консервная банка с воняющими окурками. «Что за люди? Самим не гадостно жить в такой грязи?» – мысленно сравнил он свой подъезд с цветами на окнах – с этим.
Внизу хлопнула дверь. Махотин перегнулся через перила. Сверху Борин казался маленьким и коротконогим. Рядом с ним по лестнице поднимался человек в форме. Махотин спустился на площадку.
– Еще раз приветствую! – кивнул Борин Махотину.
Участковый протянул руку:
– Ершов. Николай Сергеевич.
– Махотин Борис Никитич.
– Сейчас придет Димка с инструментами. Будем вскрывать.
– Я уже здесь, – послышалось снизу.
– Я пошел за понятыми. Мало ли что мы там найдем. – Участковый позвонил в соседнюю квартиру.
Дима перебирал в руках набор отмычек.
– Да ты профессионал! – Борин с уважением посмотрел на железки. Дима смутился. На самом деле «профессионалом» был его отец, вор со стажем. Умер он в тюремной больнице, когда Димка был в армии. Мать он не помнил. Смутное воспоминание о женщине, которая сует ему подсохший пирожок с повидлом, завернутый в серую бумагу, – это все. Мамой он называл всех женщин в интернате – няню, воспитателя, заведующую. Когда подрос немного – разобрался. К тому времени из его жизни исчезла женщина с пирожком, обозначились друзья, враги и цель в жизни – выжить.
– Открывай, – за спиной у Димки стоял Ершов и пожилая пара.
Димка легко повернул отмычку. Дверь распахнулась. Первым в квартиру вошел участковый.
– Галина Васильевна, вы дома? – громко спросил он, осторожно двигаясь по коридору.
Борин направился прямиком на кухню.
– Стоп! – скомандовал он идущему за ним следом Махотину, увидев лежащую на полу женщину.
– Галя? – Махотин попытался отодвинуть Борина в сторону.
– Дышит? – подскочил участковый.
– Да, давай «Скорую» вызывай, Сергеич! Галина Васильевна, вы меня слышите? – Борин наклонился к самому ее лицу. Женщина приоткрыла глаза. «Боря», – едва расслышал он.
Махотин, не выдержав, втиснулся в тесное помещение и опустился на колени рядом с ней.
– Галя, кто тебя? Имя назови.
– Боря… он папку унес… там все записи… еще метрика… Рисунок раньше взял… он не тот, кто есть… Крест… – Голова Галины безвольно завалилась набок и безжизненно замерла.
Махотин вопросительно посмотрел на Борина. Тот приложил пальцы к сонной артерии женщины.
– Пульса нет. Пойдем-ка, выйдем. Только звонок сделаю.
Пока Борин вызывал опергруппу, Махотин успел оглядеться. Во всем сквозила щемящая душу бедность. «Эх, Галя, Галя! Что же ты ничего мне не говорила! Я б помог!» Он вышел на лестничную площадку, столкнувшись в дверях с врачами «Скорой помощи».
Борин вышел вслед за ним:
– О чем это она, а, Борь?
– А я знаю? Что-то слишком много крестов на сегодня.
– Это ты про кладбище?
– Помнишь, я рассказывал, паренек пропал после того, как за кем-то чужим следил?
– Ну. Так ты думаешь…
– Леня, ты в совпадения веришь? Вот и я нет. Кресты там, крест здесь. Не случайно, факт. Только кто теперь мне все это объяснит?
– Разберемся. Ты, Боря, сейчас поезжай в Рождественку. Кровь, я так понимаю, этого парня, так?
Махотин кивнул:
– Бедная Елена.
– Кто это?
– Мать того парня. Кстати, я дом-то купил – у них…
– Борь, а скажи честно, зачем?
– Зачем купил? Не знаю.
– Зато я знаю. Ту давнюю историю хочешь разворошить. Кто твой дом поджег в Кротовке, так и не нашли, верно? Решил все-таки расследованием заняться. Что ж поздно так?
– Да все одно к одному. Знаешь, как я про эту хату узнал? Мы с мужиками на Юзу рыбачить