Ещё через полчаса Базилио, подложив под голову свёрнутый тактический жилет, засыпал. Ему было хорошо, покойно. Он был сыт, подзаряжен и удовлетворён. То есть – пребывал в том самом состоянии, которое подавляющее большинство самцов обычно принимает за счастье.
Somnium. Сон Базилио
Та же местность.
Ночь того же дня.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ.
Видеть во сне голубицу: к удачным родам; к приятным хлопотам; к смерти маленького детёныша; к важной новости; к счастью; к простуде.
Большой сонник-толкователь блаженной Устрицы Матрёны. ООО «Хемуль»: Тофсла и Вифсла, 300.
Сначала коту снилось что-то литературное: стаи воронов, летевших над полями роз; холмы, усеянные, как травой, зажженными электрическими лампочками; река, запруженная зелеными трупами; кабачок, битком набитый пьяными рыбами и омарами; сад, где росли, пуская могучие корни, виселицы с казненными; огромные языки казненных висели до земли, и на них раскачивались, хохоча, дети. Но эти образы кота не увлекли – и сами по себе, и как отсылки к тексту: он обо всём этом когда-то читал.
Потом появился огромный дух без головы, зато с медалью. Он снимал с деревьев людей и медведей, по-упырьски напевая: «при канони стояв и фурт-фурт ладував». Огромный дух кота тоже не заинтересовал, и это было, кажется, взаимно. Базилио даже заскучал – секунды на две, на три.
Тем временем из-за сугроба выползло что-то непотребное. Подобравшись поближе, оно располовинилось и с хлюпом поглотило духа. Кот не удивился и не испугался – ведь это была самая обычная пиздышчатая зажранка: существо неприятное, но не особенно опасное.
Вдруг возжглось вогнище, а по краям його воссели три упыря. Вони простёрли до вогню волохатые, поросшие чернотою руки и унывно затянули песню «не хвалися собою, червона кровь-руда».
Местное стихачество и песнопейство Базу успели надоесть неимоверно. Он решительно ступил в круг упырей, намереваясь нещадно опиздюлить каждого из них. Но хитрые упыри растворились в нетях, а вогнище раскатилось в огромную площадь, залитую солнцем. Посреди неё стояла на одной ноге белая голубка и склёвывала с камней стриженные ногти, сухие и ломкие. Баз подумал о том, каким же это образом он постиг, что это именно голубка, а не голубь, и как он разглядел ногти при таком оптическом разрешении. Ответа не нашёл и посему мысленно послал всю панораму в места не столь отдалённые, а если конкретнее – в жопу. Площадь обиженно растворилась в полумраке.
Голубка, однако, никуда не делась. Более того, она каким-то образом переместилась коту на плечо. Кот нервно дёрнулся: птица вполне могла нагадить ему на спину.
– Не дёргайся, – насмешливо сказала голубица. – Это же сон. Даже если я на тебя немножечко капну…
– А если я тебе сверну шею, что-нибудь случится? – перебил кот.
– Я на тебя рассержусь, – занервничала птица.
– Вот если ты на меня немножечко капнешь, я тоже рассержусь. И сверну тебе шею, – расставил акценты Базилио.
Голубка ничего не ответила. Баз это понял так, что та в душе не согласна, но возражений предъявить не может.
– А зачем ты ногти ела? – спросил он.
– Это символ, – сказала голубка. – Впрочем, я тоже символ.
– Символ чего? – не понял кот.
– Мыслишь в верном направлении, – одобрила голубка. – Одна из фундаментальных ошибок мышления – это забвение независимых аргументов логической функции. Например, когда говорят, что нечто хорошо, и забывают сказать, чем и для кого. Или говорят – ты должен, но не уточняют, кому должен и что именно занимал. И даже когда говорят «нечто есть», оно есть не просто так, а для кого-то или чего-то. В общем, всё относительно. Смекаешь?
– Ты мне зубы не заговаривай. Так символ чего? – нажал кот.
– Доставучий какой, – птица сделала вид, что обиделась. – Но если ты так настаиваешь, то изволь. Я символ определённой части твоего подсознания. А именно – женской его стороны. С которой ты в своё время обошёлся не слишком ласково, ну да чего уж теперь-то. Карл Густав Юнг называл женскую сторону подсознания Анимой. Ликами Анимы в христианской символике является, с одной стороны, Дух Святой, с другой – дева Мария. Зримым образом Святого Духа является голубка. Вот это я и есть, – птица посмотрела на кота маленьким чёрным глазком, отчего-то квадратным. По необъяснимой причине это обстоятельство тут же свело весь голубичий пафос на нет.
– Образ Святого Духа? Это ты о себе, подруга дорогая? – съегозульничал кот.
– Гррлр! – голубка недовольно курлыкнула. – Давай хватит уже. Я к тебе вообще-то по делу.
– Ну так я слушаю, – сказал кот, испытывая острое желание присесть. Увы, сесть было решительно не на что: пока он болтал с птичкой, окружающий ландшафт скукожился до сомнительного и пыльного косогора, присаживаться на который не хотелось даже во сне.
– Дела твои плохи, – начала голубка с места в карьер. – Ты в непонятке. И при этом держишься так, будто всё нормально. То есть ты встал на кратчайший путь к пиздецу. И по нему, посвистывая, хиляешь.
Коту такое начало не понравилось.
– Куда я хиляю – это моё дело, – сказал он. – У тебя-то какой интерес?
– У меня-то? Я часть тебя, остолоп! Лучшая, разумеется, – голубка кокетливо прошлась клювом по пёрышкам. – Но, к сожалению, завишу от худшей. То есть от твоей пустой башки. Поэтому я пытаюсь вложить в неё немного ума.
– Так и говори толком – что делать-то? – разговор раздражал кота всё больше.
– Действительно дурак. Я же символ. Символ – это тебе не нянька. И не инструктор по рукопашке. Символ, знаешь ли, не говорит прямо и не скрывает, а как бы намекает.
– Ну и где твои таинственные намёки? – вздохнул Баз.
– Не нукай, не запрягал. Есть вводная: сегодня ты был участником события. Какого?
– Я провалился в подземелье, там нанюхался какой-то дряни и у меня были глюки, – сказал кот. – Наведённые, – добавил он на всякий случай.
– Ты чё, совсем плохой? – осведомилась голубка. – Ладно, возьмём тебя на буксир. Какие характеристики имеет любое событие?
– Ну, – Базилио почувствовал себя несколько увереннее. – Кто, что, где, когда, при каких обстоятельствах. То есть субъекты, действия, привязки к месту и времени, контекст.
– Хоть это ты помнишь. Начнём, пожалуй. Кто был участником события?
– Я, – начал кот. – Контролёр. Этот, как его… заяц или кролик. Хотя вообще-то он был глюком. Ещё Сявочка… Какой-то упырь… Жаба…
– Неправильно, – сказала голубка. – Это всё – именно глюки. Что в них правда – ты не знаешь. Но, во всяком случае, ты уверен, что эти образы откуда-то исходили. Значит, есть контролёр-ретранслятор и кто-то передающий. Так?
– Как-то так, – согласился кот.
– Теперь – где всё это происходило?
– В норе упыря… Хотя нет. У меня в голове, – сказал Баз.
– Только? – голубка скептически наклонила голову.
– Может, в чьей-то ещё. А может, и где-то в реальности… – задумался кот. – Там ещё какой-то футбольный матч был…
– То есть даже с локализацией события у тебя большие проблемы. Ладно, проехали. А когда это всё происходило?
– Вчера днём, – уверенно сказал Базилио.
– Э, нет. Вчера днём в событие вляпался ты
