Она давно уже больше не его Солнечная девочка, а Рони Таймер, успешный адвокат серьезной адвокатской конторы, находящаяся на пороге самого счастливого замужества. Слезы потекли по щекам, размазывая косметику, наверняка оставляя темные полосы туши и теней. Из дергающихся разноцветных пятен появилась голова Дейзи, подруга что-то кричала, разводила руками, но Рони только покачала головой в ответ, пряча слезы за длинными лохмами парика, заставляя себя услышать музыку и начать снова танцевать.
Сколько прошло времени, прежде чем пестрая разноцветная стая вывалилась из клуба на улицу, сказать было сложно, но городом еще владела черная ночь.
Они куда-то шли, ехали в машинах, потом оказались на площади перед зданием мэрии, подозрительно похожей на мэрию города, где жили, и зачем-то полезли в ледяной фонтан. Потом кто-то предложил украшать статую Прародителя нации пестрыми лентами, затем к лентам добавился чей-то лифчик, и всем показалось, что одного прародителю будет недостаточно… Совсем не вовремя подъехали полицейские машины…
Девичник грозился закончиться в участке до выяснения обстоятельств.
Почему-то вину за плачевное продолжение вечеринки Рони перенесла на внезапное появление Брига. Если бы не он, она бы остановилась гораздо раньше, остановила подруг и не допустила бы постыдного ареста.
Лицо виновника стояло перед её взором так ясно, что когда остановилась машина и после короткого разговора чьи-то знакомые руки вытащили Рони на улицу и снова прижали к телу, она больше не сопротивлялась, а впилась в широкие плечи, уткнулась головой под полу куртки, в подмышку мужчины, пряча красное от стыда лицо и жадно вдыхая запах его тела и кожаной одежды.
— Под вашу ответственность, капитан, да, высадим всех у станции метро, доброй ночи капитан, — донесся до нее голос полицейского и машины отъехали прочь.
— Забери меня отсюда, — прошептала Рони, — мне так стыдно…
Дорогу в такси она помнила плохо, себя тоже больше не помнила, только губы, руки Брига и сережку, оцарапавшую её нежную шею.
— Где мы? — спросила Рони, прижимаясь к мужчине в кабине лифта. Они всегда обнимались в лифтах, особенно в грязных и обшарпанных, теперь даже в чистых. О чем она думает? О его губах…
— Я снял квартиру на пару дней недалеко от вокзала.
— Мы что, не в другом городе? О-о-о-о-о, — застонала Рони, снова прячась в подмышку Брига, — девчонки сказали, что вывезли меня куда-то в другое место… Ужас какой…
Таймер была безнадежно пьяна, как еще можно было объяснить тяжесть в ногах, сбивчивое дыхание, легкое головокружение? Пьяна от алкоголя и от объятий, из которых не желала вылезать, жадно набрасываясь на губы Брига, требуя поцелуев.
Пьяна-а-а-а-ая…
Бриг взял её на руки и отнес в ванную комнату, затем быстро, аккуратно раздел и поставил под теплый душ. Смывал слишком яркую краску с лица и запах чужих тел с её кожи. Она не сопротивлялась! Ни когда Бриг снимал с нее одежду, ни когда мыл мочалкой под душем. Чувство стыда никогда не существовало между ними. Не появилось оно и сейчас, несмотря на долгие годы разлуки…
Прежде чем ненормальность ситуации достигла её понимания, Бриг оставил Рони одну под теплыми струями воды. Вернулся на мгновение, чтобы поставить рядом с раковиной большой стакан воды, и вышел, мягко прикрыв за собой дверь.
Как бы ни хотелось списать своё решение на избыток алкоголя, это было бы нечестным, а Рони не привыкла врать сама себе. У нее было время прийти в себя под теплой водой или пока она задумчиво вытиралась в ванной комнате, бросая быстрые взгляды на отражение женщины с блестящими, шальными глазами в зеркале. Она понимала, что случится, и могла задуматься, стоит ли допускать, чтобы случилось, но не возникло ни одной мысли, чтобы уйти из чужой квартиры и от мужчины, ожидавшего её появления в комнате.
Не могла Рони уйти этой ночью, вернее, ранним утром.
Могла думать только о его прикосновениях. Жаре тела, сережке в ухе, едва оцарапавшей ей шею… Тело и разум требовали ожидавшего её в комнате мужчину.
Так что, когда Рони Таймер заходила в гостиную, едва прикрывшись сырым полотенцем, то была удивительно трезва и осознавала, что делает.
Бриг стоял у окна. Услышав движение за спиной, он развернулся и застыл, глядя на нее со смесью желания и тоски. Но скрывать потребность в его близости больше не было сил, Рони выпустила из рук полотенце, позволяя ему упасть к ногам, и едва слышно выдохнула, нет, облегченно простонала, когда Бриг шагнул к ней.
И широкая, еще прохладная постель приняла тяжесть их разгоряченных тел.
* * *
После встречи с Клайдом Бриг провел блестящую операцию в духе той службы, в которой работал. Она заняла полтора дня, но в результате он знал, где искать Рони в ночь её девичника. В офисе Рони Таймер отказалась бы его принимать, поджидать дома, куда она могла прийти в сопровождении своего жениха, тоже не обещало хорошего начала встречи.
Бригу необходимо было её увидеть. Может быть, поговорить.
Вряд ли ночной клуб можно считать хорошим местом для разговоров, но других вариантов не было. Вынужденный отпуск, размером в несколько дней, подходил к концу.
Если бы не белое платье невесты, потребовалось бы больше времени, чтобы узнать свою жену, собравшуюся замуж за другого, среди её подруг. Шумная компания ввалились в клуб пестрой стаей и заняла столик в самом центре зала перед подиумом с шестами. Рони выглядела совершенно по идиотски в платье, выставлявшим напоказ все то, что должно быть у невесты спрятано. Слишком ярко накрашенная и в длинном фиолетовом парике, она была совершенно не похожа на ту Таймер, что встретила Брига тоннами холода в офисе. Но из-за слишком вызывающего вида или из-за белого платья, будившего воспоминания, она показалась Бригу более юной, больше похожей на его Солнечную девочку. Наверное, поэтому он так сильно разозлился. Больше того! Вскипел вулканом, который пришлось заливать водой и пивом. Ему нестерпимо захотелось схватить Рони, посмевшую надеть платье невесты, будучи замужем, в охапку, укрыть от чужих взглядов и смыть с нее вульгарную краску. Но в тоже время он не мог отвести от нее глаз, жадно изучая в открытом, вызывающем одеянии и непривычном образе, сравнивая с Рони из своих воспоминаний и снов.
Солнечная девочка до сих пор ему снилась, несмотря на долгие годы разлуки, трогательная, влюбленная в него, доверчивая.
В ночном клубе Бриг трогал взглядом вызывающе прекрасную, соблазнительную женщину, обжигающую все его чувства. И понимал, что теряет от нее голову, как при первой
