И в самом углу книга в потрепанном переплете.
«О природе власти и государственности» Никао Киавелли.
Если бы Джанна выбирала себе книгу в магазине, она никогда не купила бы эту, но теперь ей стало интересно.
— У нас еще и литературные вкусы совпадают? — с усмешкой спросил Каро, спускаясь по лестнице. В руках у него был небольшой, узкий футляр для украшений. — Просто удивительно.
— Мне стало интересно, что вы любите, — ответила Джанна.
— Я люблю порядок, и когда мудаки не доставляют проблем. И, знаете, порядка добиться проще, — он остановился напротив нее, чуть склонил голову набок. Каро стоял достаточно близко, чтобы Джанна чувствовала разницу в росте. Он был намного выше. — Я принес вам ожерелье, думаю, оно должно подойти.
— Благодарю, — отозвалась она.
— Не нужно. Это ожерелье моей прабабки. Если бы не вы, оно так и продолжала бы пылиться в ящике. Никогда не понимал, почему люди ценят вещи мертвых, с которыми даже не были знакомы.
Он раскрыл футляр, показал ей невесомое, изящное колье с крохотными бриллиантами:
— Что скажете? — он улыбнулся. — Я хороший муж, раз балую вас подарками?
— Да. А я хорошая жена, раз с гордостью ношу их, — Джанна улыбнулась и вернула книгу на место. — Помогите мне его надеть.
Она повернулась к Каро спиной, подняла волосы, обнажая шею, и почему-то поймала себя на мысли — когда он приблизился, чтобы застегнуть застежку, Джанна чувствовала жар его тела. И в короткий, будто украденный момент, когда Каро случайно задел ее кожу огрубевшими, немного шершавыми пальцами, вдруг захотелось, чтобы он не отстранялся.
Глава 18
Посвящение: Снова и всегда огромное спасибо за поддержку и донат, они для меня бесценны) Я невероятно счастлива, что «Пламя Силаны» нравится вам и вы поддерживаете его рублем, надеюсь, новая глава тоже вам понравится)
***
Он тоже почему-то замер, и Джанна не оборачивалась и ничего не говорила, хотя стоять и молчать было глупо. Цепочка украшения на коже казалась ледяной, и время будто замедлилось, текло лениво, как патока.
В конце концов Каро прочистил горло, отступил на шаг — звук подкованных сапог по плитам пола показался точкой в письме:
— Нам пора. Если будем копаться, все на свете пропустим, — он говорил спокойно и небрежно, но Джанне все равно показалось, что эти слова стали как закрывшиеся двери. — Накиньте плащ, на улице холодно.
Он отвернулся — почему-то в сторону лестницы, а не двери — и пошел вверх, не оглядываясь, чтобы посмотреть, идет ли за ним Джанна.
Она подхватила плащ, поспешила следом, чувствуя себя девчонкой, которой не угнаться за взрослым:
— А вы?
Он был одет легко, в униформу государственных агентов, и выглядел на удивление хорошо: волосы, зачесанные назад лежали волосок к волоску, и на строгом кителе не было ни складочки. Джанна поймала себя на том, что почти любуется им.
— Мой плащ наверху, — отозвался Каро, не оборачиваясь. — Не волнуйтесь. Я не склонен к дурацкому геройству на пустом месте и не собираюсь мерзнуть.
Она не понимала, зачем они поднимаются наверх, раз чародейский экипаж наверняка ждал на улице, но не спрашивала, и только когда они вышли на широкую, полукруглую площадку на крыше, Джанна все поняла: у самого края площадки, медленно покачивая плавниками висел в воздухе скат — большой и очень светлый.
Джанна замерла, глядя на него во все глаза и не знала, что сказать.
Каро небрежным движением набросил плащ, усмехнулся:
— Кажется мне удалось вас удивить. Не летали раньше?
Она непроизвольно отступила на шаг:
— Я… даже не видела их так близко.
Хотя, конечно, она не раз представляла, что сама поднимется в воздух. Следила за скатами из окна, и мечтала. То были глупые мечты, совершенно непрактичные — скаты стоили дорого, требовали тщательного ухода, а Джанне нужно было заботиться о Рейзе.
Но иногда она позволяла себе смотреть на небо и представлять себя в седле. А теперь вдруг оробела.
Скат оказался больше, чем казался ей в небе.
— Не бойтесь, людей они не едят, — Каро фыркнул, подал ей руку ладонью вверх. — Поверьте, так будет намного быстрее.
Джанна заставила себя успокоиться, выпрямилась, вложила свою ладонь в руку Каро:
— Почему вы торопитесь? Что-то произойдет сегодня вечером?
— Если все пойдет по плану, главным происшествием станем мы.
Он легко забрался в седло, потянул ее следом, но она поскользнулась и едва не упала.
Скат под ней был живым, беспокойно дергал плавниками и казалось, вот-вот сбросит ее вниз, на обледенелую мостовую перед домом.
Каро попытался затащить Джанну силой, в результате, они едва не свалились оба.
Это было нелепо и очень глупо, и она не знала, смеяться ей над собственной неуклюжестью или извиняться.
— А вы тяжелее, чем кажетесь, — Каро все-таки удалось затянуть ее в седло перед собой.
— Или вы слабее, чем думали, — спокойно ответила она. Он фыркнул почти беззвучно, теплый выдох пощекотал ее волосы.
Упряжь ската была рассчитана на двух человек, и когда Джанна поняла, как именно ей сесть, седло оказалось даже удобным. Каро прижал ее к себе одной рукой, а другой натянул поводья. Скат издал тихий свист и начал медленно подниматься.
Джанна охнула и зажмурилась, когда земля оказалась вдруг далеко-далеко.
— Не бойтесь, — сказал ей Каро, но за шумом в ушах она едва его расслышала.
— Вы все время мне это говорите.
Скат повернул, полетел вперед, и где-то внизу поплыли шпили Силл Арне.
Джанна заставила себя успокоиться, выдохнула и спросила, чтобы отвлечься:
— Как мне себя вести? Чего ждут от вашей жены?
— Богатства и знатного рода, но этого у вас нет, так что просто будьте собой. Не хамите окружающим без меры, — небрежно отозвался он. — Я все время буду рядом и поддержу вас. Или сумею остановить, чтобы вы не наговорили лишнего.
— Если вы богаты, наша свадьба многих разозлит.
— Почти всех, — отмахнулся он. — Но это не имеет значения. Я могу позволить себе жениться на ком угодно, до тех пор, пока Его Величество не против. Как только я объясню, зачем мы поженились, он вас одобрит.
Джанна кивнула и посмотрела в сторону княжеского дворца, его массивный, угрюмый силуэт проглядывал сквозь вечерние тучи.
— Благородные леди, — добавил Каро и усмехнулся, — могут наговорить вам гадостей, но не обращайте внимания. Можете утешаться тем, что ваш муж намного влиятельнее, чем их папы и дяди.
— Я в любом случае не стану обращать внимания на гадости, — заверила его Джанна. — Пока это просто слова, они не имеют значения.
— Правда? — казалось Каро искренне любопытно, и слова Джанны его развеселили.
— Я знаю, какая я, — спокойно пояснила она. — Поэтому не слушаю, когда другие люди пытаются рассказывать мне обо мне.
Он рассмеялся, и налетевший порыв ветра унес звук вверх, Каро пришлось подождать, прежде, чем ответить:
— Как скажете, но потом не плачьте, если вас все же заденут.
Джанна чуть обернулась, спокойно улыбнулась ему:
— Я же сестра гладиатора. Рейз
