— Маг из Круга…
Капитан Хорс скривился и, окинув взглядом команду, коротко приказал:
— Расступись!
Он вытащил свой меч, и тотчас на палубу со Свенталем в руке спрыгнул Трор. Корсар обрушил на него такие удары, что они, казалось, могут перерубить мачту. Он дико ревел. Минут пять клинок звенел о клинок, и порой их движения сливались в сплошное голубоватое мерцание, неуследимое глазом. И вдруг в один миг пораженные корсары увидели как меч их вождя со страшной силой вылетел из руки капитана Хорса и вонзился в доски палубы. А клинок Трора уже был нацелен в горло противника. Рыцарь смотрел в глаза капитана Хорса спокойно и вместе с тем — непреклонно,
— Ты помнишь свое слово, капитан Хорс?
Изумленный корсар несколько мгновений не мог ничего ответить. Затем он взялся за острие и отвел его от себя.
— Да, я помню свое слово, рыцарь.
Корсар шагнул к своему мечу, выдернул его из дерева и отправил в ножны.
— Орел и дракон! — яростно взревел он. — Я дал слово и сдержу его! Но клянусь Небом, если бы этот рыцарь победил меня без тайных рыцарских штучек, а в честном бою без оружия, то я бы тогда сам пошел под его руку со всеми своими людьми!
И сразу вслед за тем капитан Хорс в молниеносном прыжке кинулся на Трора, который успел уже вложить меч в ножны. Но рыцарь столь же мгновенно уклонился от хватки корсара, а затем произошло то, чего никак не ожидал ни Грэм, ни корсары Хорса, ни их вождь: Трор сам схватил запястья противника, прижал его руки к бокам, а затем, как пушинку, вскинул над собой громадное тело и бросил его на палубу.
И среди общего молчания, не вставая с палубы, капитан Хорс медленно произнес, изумленно глядя на своего победителя:
— Я не поверил бы самому Астиалю, скажи он, что кто-то способен так расправиться со мной… Что ж, господин, я помню и второе свое слово.
Хорс сделал долгий выдох, тяжело поднялся на ноги и, коротко поклонившись, сказал:
— Прошу вас к себе в каюту, синьоры. У меня важные известия для вас.
И не оборачиваясь капитан Хорс вразвалку двинулся к корме.
— Отбой, — коротко махнул он рукой команде.
Трое спутников последовали за ним, провожаемые глухим ропотом и удивленными взглядами.
Грэм чуть отстал — он хотел взглянуть на море — не видно ли там где-нибудь гнома Стагги. Но когда он шагнул от борта, чтоб догнать своих, перед ним вырос вдруг нахальный рыжий мальчишка, в холщовой грубой рубахе и кожаных штанах, как все корсары. Он сильно толкнул Грэма в грудь:
— Эй! Оруженосец! Не спеши так.
— Ты чего?
— А того! Хотелось бы проверить, умеешь ли ты драться, как твой господин рыцарь!
И он протянул руку, чтобы схватить Грэма за нос. Но если юнга рассчитывал на легкую победу, то просчитался. Они были одних лет с Грэмом и примерно одной силы и роста. А трусом Грэм не был — он сызмальства облазил самые крутые скалы Эшпора, полагаясь лишь на свои руки и ловкость.
И теперь оруженосец, не раздумывая, изо всех сил заехал задире кулаком в глаз.
— А, ты вон как! — и они, сцепившись, покатились по палубе.
— Ну-ка, кто-нибудь! — громыхнул Хорс. — Разнимите их!
И огромный корсар, ростом чуть ли не со своего капитана, растащил драчунов в стороны. Грэм и рыжий парень поднялись на ноги.
— Дуанти, — спросил капитан сверху — он с рыцарем и Вианором уже взошел на корму, — Дуанти, что случилось?
— Сеньор капитан, — невинно отвечал юнга, — я только хотел малость поквитаться за вашу неудачу в честном бою с этим оруженосцем!
— И как? — поинтересовался капитан Хорс.
Дуанти показал на подбитый глаз, где уже вовсю расцветал синяк, развел руками, огорченно вздохнул и склонив голову набок, комически замигал.
Все, включая капитана Хорса и Грэма, расхохотались.
— Не отставай, Грэм, — бросил Трор.
Но они ещё не вошли в каюту капитана, как на палубе вновь раздались взрывы смеха.
— Эй, что там? — спросил капитан Хорс.
— Гном-прорицатель, сеньор! — крикнул Дуанти.
Конечно же, это был Стагга Бу. Недавний знакомец, весь красный от злости, стоял в кругу корсаров, а они наперебой тормошили его вопросами:
— Нет, ты скажи! Скажи, где самый большой клад Анорины?
— Эй, гном! Когда я буду королем Кардоса?
— Погодите, пусть скажет, от кого толстуха Лу понесла двойню!
Тут Сизый Нос раздвинул толпу и прохрипел:
— Тихо, все! Пусть этот гном скажет мне, что меня ждет на будущий год.
— Пустите меня! — дернулся Стагга.
— Нет, ты сначала скажи, — схватил его за плечо Сизый Нос. — Ну, что со мной будет?
— Ты пропьешь за десять медяков свой сизый нос, вот что! — закричал разъяренный Стагга.
Корсары взревели от хохота.
— Капитан Хорс, — попросил Трор, — это наш спутник. Прикажи пропустить его к нам.
Корсар скомандовал дать гному дорогу, и вскоре Стагга Бу, как ни в чем ни бывало, сидел в каюте рядом с Вианором.
— Где же ты пропадал, приятель Стагга? — спросил его маг. — Боюсь, ты пропустил самое интересное.
— А вот и нет! Я наблюдал за всем с самой верхушки мачты, — возразил Стагга Бу. — Я сразу подумал, что там лучшее место для наблюдения.
— Видите ли, господа, — важно пояснил Стагга, торжественно оглядывая всех присутствующих, — я, как будущий главный хронист Анорины, решил вести записи обо всех важных событиях, участником или очевидцем коих мне посчастливилось быть. А тут самое главное — выбрать такую позицию, откуда все видно.
Капитан Хорс расхохотался.
— Ну, малыш, это не всегда верхушка мачты, — заметил он.
— Верно, капитан, верно, — поддержал Вианор — и напомнил корсару: — Капитан Хорс, ты вроде бы говорил, что у тебя известия для нас?
— Да, но, — Хорс с сомнением покосился на гнома.
Но Вианор кивнул, и корсар продолжал:
— Вам, сеньор Вианор и сеньор Трор, вероятно, будет любопытно узнать о цели моего плаванья. Ведь я не ошибся?
Рыцарь и маг спокойно кивнули, подтверждая догадку корсара. А Хорс пояснил:
— На тыщу креоских лиг есть только один такой боец, и это — Браннбог Трор, узник Эшпора. А всем известно, что рыцарь Трор в дружбе с магом Вианором, так что и тебя, сеньор Вианор, угадать было нетрудно.
— Может быть, ты назовешь тогда имя моего оруженосца? — спросил Трор.
— Нет, — признал корсар, — не назову. Но коль скоро ты бежал из Эшпора, то это может быть сын коменданта, Грэм Эрскин. Однако можешь не опасаться: не все мои люди столь догадливы, а если вам нужна тайна, то я прикажу им молчать обо всем.
— Ну, долго это тайной не будет, — заметил Вианор, — но пусть пока будет так.
— Ага. Теперь что вы скажете, сеньоры, когда узнаете, что я плыву в Эшпор?
— В Эшпор? Зачем?
— А затем, что меня кое-кто нанял, чтобы вызволить из неволи… тебя, сеньор Трор.