Том 3

И безголосого певца,
И восхваление глупца
За то, что он умней, чем все мы;
И видеть, как досталась власть
Тому, кто был вчера нам равен,
А тем, кто был богат и славен,
Пришлось сегодня в грязь упасть.
Как расслабляют нас визиты!
Вот новомодный вертопрах
На высоченных каблуках,
Вот щелкоперы-паразиты,
А вот красавчик — светский лев,
Он баба-бабой, но с усами;
Вот с задранными вверх носами
Идут маркизики, сомлев
От нежности к своей особе.
Нас расслабляет слушать, как
Смеется выспренный дурак,
Столь предан собственной утробе…

Лисарда

А не довольно ли, Марин?
Таких причин, поди, немало!

Марин

Меня любовь околдовала,—
Других не может быть причин.
Однажды я пошел к врачу,
И он велел мне — от любови…
(Какие у Лисарды брови,
А ножки-то!.. Нет, нет, молчу!)
Так вот: мой господин — несчастен.
Он благороден и учтив,
Не хром, не кос, не глуп, не крив,
А над судьбой своей не властен.
В делах любовных он — гранит,
Ему от женщин нет проходу,
Но он хранит свою свободу
И целомудрие хранит.
И вот теперь он околдован
Одной из этих страстных дев
За то, что страсть ее презрев,
Он ею даже не взволнован.
Как мучается мой сеньор,
Его тоска и горе гложет!
Никто на свете не поможет
Ему, бедняге, до тех пор,
Пока невинная девица,
Которая живет одна,
Которая чиста, скромна
И по ночам всегда постится,
Ложась в безгрешную кровать,
Не согласится Гарсерана
Семь дней подряд поутру рано
В своем дому благословлять.

Лисарда

Какая чушь!

Марин

Побойся бога!
Одна Фульхенсия с него
Снять может это колдовство.
Она, святая недотрога,
Спасет его.

Лисарда

Вот ерунда!
Несешь ты, братец, ахинею!
Я просто за тебя краснею,
Я рассержусь!

Марин

Нет, никогда!
Ты, страсть к невинности питая,
Живешь, греховное презрев…
В тебе ли зародится гнев,
Лисарда? Ты сама — святая!
Ему благословенье дать
Позволь! Ведь каждое мгновенье…