Я глубоко вздохнул.
– Извините.
– Я хочу, чтобы вы нашли убийц. Задавайте свои вопросы.
– Ладно... позвольте спросить... Что вы подумали, когда услышали, что оба убиты?
– Не знаю. Кажется, я подумала, что это связано с их работой.
– Хорошо. А что вы думаете сейчас.
– У меня нет никаких соображений.
– Мне трудно в это поверить.
– Давайте вернемся к этому вопросу.
– Хорошо. – Я все еще не знал, чего я хочу добиться, задавая вопросы, или что я конкретно ищу. В голове у меня сложилась картина, что-то вроде карты, на которой были нанесены остров Плам, Нассау- Пойнт, утесы над заливом Лонг-Айленд, виноградники Тобина и историческое общество Пеконика. Если соединить эти точки чертой, получилась бы бессмысленная пятисторонняя геометрическая фигура. Однако если эти точки соединить метафизически, возможно, эта фигура обретет смысл. Он заключался в ответе на вопрос: что общего у всех этих пяти точек? Может быть, ничего, однако казалось, что какая-то связь существует. Какая именно?
Я никак не мог понять, откуда в моей голове, когда я находился на острове Плам, возникал этот резкий звук. Является ли его причиной история или археология. Что же все-таки?
– Вы знаете кого-нибудь из тех, кто работает на острове Плам?
Она немного подумала.
– Не многих. Несколько моих покупателей работают там. Кроме Тома и Джуди, я других ученых не знаю. Никто из них не является членом исторического общества. Они ведут замкнутый образ жизни. Общаются только в своем кругу.
– Вы знаете что-нибудь о предполагаемых раскопках на острове?
– Только то, что Гордоны пообещали обществу поискать что-нибудь на острове.
– Вы не интересуетесь археологией?
– Не особенно. Я предпочитаю архивы. Я получила диплом архивиста в Колумбийском университете.
– Архивист, – сказал я, – замечательно.
– Может быть. Я некоторое время работала в Стони-Брук, затем получила работу здесь, в библиотеке Катчога. Она основана в тысяча восемьсот сорок первом году, и платят мне столько же. Я выросла здесь, однако здесь трудно прожить, если у вас нет какого-нибудь дела. У меня есть цветочный магазин.
– Да, я видел ваш фургон.
– Ах да. Вы же детектив. Чем же вы здесь занимаетесь?
– Выздоравливаю.
– Да, да. Я вспомнила. Вы прекрасно выглядите.
Она выглядела не хуже, однако расточать комплименты свидетелю не полагалось, поэтому я промолчал.
– Вы знаете Фредрика Тобина? – спросил я.
– Кто его не знает...
– Он – член исторического общества?
– Он наш самый большой благодетель. Снабжает нас вином и деньгами.
– Вы знаток вин?
– Нет. А вы?
– Я да. Я могу отличить 'Мерло' от 'Будвайзера'. С завязанными глазами.
Она улыбнулась.
– Могу поспорить, многие жалеют, что в свое время не занялись виноградом. Я имею в виду как предприниматели.
– Не знаю. Это интересно, но не так уж прибыльно.
– Фредрику Тобину виноделие приносит прибыль, – подчеркнул я.
– Фредрик живет не по средствам.
– Почему вы так говорите? – Я привстал.
– Потому что это правда.
– Вы его хорошо знаете? Лично?
– А вы его знаете лично? – спросила она.
Я не очень люблю, когда мне задают вопросы, но я вступил на тонкий лед. Можно было поскользнуться.
