– Конечно. Но сперва я покажу вам наш музей.
Большая часть второго этажа отводилась для кабинетов, хранилищ, экспонатов и архивов, там находились и два спальных гарнитура в старом стиле. Один из них, по словам Эммы, относился к середине семнадцатого века, другой был ровесником дома, построенного в середине восемнадцатого.
– Дом построил морской купец, разбогатевший в Южной Америке, – пояснила Эмма.
– На кокаине?
– Нет, это смешно. На самородках из Бразилии. Капитан Сэмюэль Фарнсуорт.
Я опустился на бугорчатую постель.
– Вы здесь спите?
Она улыбнулась.
– Иногда. Это матрац, набитый перьями.
– Перьями морского ястреба?
– Наверное. Раньше они пользовались успехом.
– Они снова становятся модными.
– Все становится модным. Проклятый олень съел мои рододендроны. – Мы вышли из спальни. – Вы хотели посмотреть на архивы?
– Да.
Она провела меня в большую комнату, которая, скорее всего, когда-то служила спальней, а сейчас была заполнена шкафами для папок, полками и длинным дубовым столом.
– У нас есть подлинные документы и книги, восходящие к середине шестнадцатого века. Документы, письма, завещания, судебные решения, проповеди, приказы по армии, судовые декларации и журналы. Некоторые из них просто очаровательны.
– Как вы занялись этой работой?
Она пожала плечами.
– Не знаю... Лишняя головная боль. Еще одна из глупых идей Фредрика, якобы ведущих вверх по социальной лестнице. Я работала здесь архивариусом, и меня это устраивало. Он предложил меня на пост президента, а все, что пожелает Фредрик, – закон. Помимо всего, я осталась архивариусом. Цветочница и архивариус исторического общества Пеконика.
– Вы проголодались?
– Конечно. Я только позвоню в магазин.
Она пошла звонить, а я слонялся по кабинету. Я слышал, как она сказала: 'Возможно, я не вернусь сегодня'.
Нет, мисс Уайтстоун, вы точно не вернетесь, если мне будет что сказать по этому поводу.
Она повесила трубку, и мы пошли вниз.
– Здесь бывают небольшие приемы и вечеринки. На Рождество здесь весело.
– Да, вспомнил... вы придете на вечеринку Тобина в субботу?
– Может быть. А вы?
– Пожалуй, схожу. По долгу службы.
– Почему бы вам не арестовать его при всех и не увести, надев наручники? – предложила она.
– Звучит забавно, только мне кажется, он не сделал ничего плохого.
– Я уверена, что он сделал нечто плохое.
Она подвела меня к парадной двери, и мы вышли. Мне становилось теплее. Она заперла дверь и сняла записку.
– Я поведу машину, – сказал я.
Уайтстоун показывала мне дорогу, а я размышлял. Наконец она спросила:
– Правда, что в этом замешана вакцина?
– Пожалуй, да.
– Это не связано с биологической войной?
– Нет.
– А с наркотиками?
– Насколько мне удалось выяснить, нет.
– А кража со взломом?
– Похоже на это, но я думаю, здесь виновата украденная вакцина. – Кто говорит, что я не командный игрок? Я способен излагать официальное дерьмо не хуже любого другого. – У вас есть другая версия? – спросил я.
– Нет. У меня такое чувство, что их убили по неизвестной нам причине.
