идут неплохо - что значит реклама на подводных лодках! Международные каналы надо тоже время от времени прочищать. Уважаемый Леонид Макарович! Мы предлагаем Вам за умеренную плату разместить логотип 'Лишенца' на судах Вашей половины Черноморского флота. И я скажу почему - его водоизмещение очень почитаемо в Безансоне, Бергамо и Оснабрюке. Прекрасные города! От побратимства с нашим городом они только выигрывают. Но плохо одно - российские подзаконные акты вынуждают нас работать за рубежом без образования... - я так и подумал, что Вы нас неправильно поймете... без образования юридического лица. Я бы выразился даже точнее - химического лица, поскольку без химии нынче никакое юридическое лицо не выживет. В бизнес-обиходе должно быть два понятия -физическое лицо и химическое! Представьте на миг нашу козлобратию с мешком черного нала, и Вам все станет ясно! Жаль, что Варшавский оказался мудаком - придется весь мешок отдать Мошнаку. А купи Артур технику, не было бы проблем. Техника перешла бы к 'СКиТу', и Капитон Иванович никуда бы не делся, сдал бы ее нам в аренду, поскольку сам работать не умеет. Вот. К сожалению, Галке удалось почикать нашего Варшавского по принципу варанчика. Она с ним обошлась чисто рефлекторно, как с тем ротаном на мелководье - зажевала и глазом не моргнула. - Здесь Артамонов проделал короткий элипсис в потоке высказываний и плавно продолжил: - Но, признаться, это семейство двудольных нам уже осточертело! Пусть эмигрируют. Что ни делается - все к лучшему. Истинная причина нашего к Вам обращения крайне актуальна, хотя и лежит несколько в стороне. Мы обязаны сообщить о беспределе, который сохранился в подведомственных Вам территориях. Проезжая Полтаву, мы решили заскочить в Диканьку и пройтись по гоголевским местам. Как водится, мы заблудились. Тишина, лето, цветы. На краю поля табличка с надписью: ' Осторожно, кошки!' Мы сутки пытались понять, что же обозначает сия надпись. Оказалось, весьма любопытная тема. Когда косцы косят, окрестные кошки думают, что в траве начинают шуршать мыши! Эти глупые кошки идут в траву и начинают выпасать кончик косы, как мышь. И отследив в засаде, они бросаются в окончательном охотном порыве прямо на бесконечно острый кончик косы! Понимаете? И хорошо, если не пополам. Вот такие у вас тут дела, в этой местности...
Артамонов стер с губ накопившуюся пену, отдышался, и продолжил.
... Пока мы меняли проколотое колесо, под машиной прошел строем выводок зайцев - Давликана бы на них! А в станице Войковской нам пришлось потревожить двух Ваших поддавших подданных. 'Как проехать на Диканьку?' спросили мы у них с непривычки. 'Налево по мосту через Демьяниху!' - махнул рукой первый и упал, как нас с Вами когда-то учили на гражданской обороне лицом в сторону направления взрыва. 'Через Усопки поезжайте!' - указал другой в противоположную сторону, но на ногах устоял, видно покрепче был. 'Понятно', - сказали мы и заехали в тупик под разобранный мост. Прямо чертовщина какая-то! Очередной прокол колеса вынудил нас заночевать в глуши. Вот так завернули к Гоголю! Наутро, пытаясь отыскать трассу, мы вновь наткнулись на тех же Ваших подданных. Они были увлечены вчерашним спором. Один, приняв 'упор лежа', толковал: 'Какая Калиниха?! Через Синетье надо!' Второй аргументированно возражал без бердыша, но с колена: - 'Синетье вообще не в Полтавской области!'
Милые гоголевские персонажи продолжали свое шествие по земле.
Уважаемый Леонид Макарович! Когда-то путем переписки мы вычислили, что нет никакого Леха Валенсы. Сейчас мы подозреваем, что нет и никогда не было никакой Диканьки. Это простое с виду умозаключение влечет за собой страшную догадку: что нет и никогда не было Гоголя! А в прикладном смысле наше открытие еще более поучительно - сдается нам, не было никакой сортировки алмазов и тем более - не было прибора. Просто Варшавский положил на нас свой. Оффшорная зона, куда ушли деньги, была, но алмазами там и не пахло!'
Закончив письмо, Артамонов принялся что-то петь. Прорехов на два голоса насвистывал мелодию из 'Зонтиков'
- Что рассвистелся, как свищ бубонный! - сказал Макарон. - Денег не будет. А впереди таможня!
- Ничего, расплатимся рублями.
Вскоре херр Маругг прилетел осмотреть помещение под монтаж своей знаменитой печатной машины для печати многостраничных полноцветных газет большой тиражности.
- Очень грязный и неподготовленный цех, - сделал он в заключение. - Мы не можем согласиться с вами начинать монтаж здесь.
- Где ж ему быть чистым, если тут хранили торф?! - согласился Толкачев. Он терпеливо переносил привередливость херра Маругга.
- Здесь вряд ли можно установит
ь машину, - тщился заморозить процесс херр Маругг. - Полы вскрыты, крыша дырявая, да и ток у вас какой-то не переменный!
- Обижаете, херр Маругг, - заметил Макарон. - В войну наши парни запускали оборудование под открытым небом!
- Так это в войну, - пытался за полчаса организовать Европу в России херр Маругг, - а сейчас вы не успеете отремонтировать цех. Мы так не привыкли. Надо все делать по плану, заранее.
- Да знаем мы, - говорил старший печатник Толкачев. - Первая пятилетка, вторая, третья...
- Не успеете, - сделал окончательный вывод херр Маругг.
- Что вы заладили: не успеете да не успеете?! - тормознул его Макарон. - Успеем. Вы там у себя в Европе сколько лет свой Кельнский собор возводили?! Четыреста? И то не достроили. А наш Лужков Храм Христа Спасителя за два года на ноги поставил. Понимаете?! Главное - схватить идею за кумпол. Высылайте машину, у нас выборы на носу! Цех мы обработаем пескоструйным агрегатом и смоем грязь пожарными машинами - вот и вся недолга! А крышу возведем по ходу.
- Хорошо, как скажете, - сдался херр Маругг.
- В России нет проблем, - пояснил ситуацию подтянувшийся на помощь Ренгач, - в России есть нюансы и специфика! И больше в России нет ничего!
Херр Маругг впервые в своей жизни пошел на поводу у бардака, но перспективу рынка оценил сразу.
Не прошло и месяца, как семнадцать транспортов - по числу мгновений - с печатной машиной WIFAG на бортy перекрыли движение по 'площади кошмаров' так население величало площадь им. венгерского героя революции товарища Капошвара. Пересечь этот нерегулируемый перекресток было невозможно и в одиночку, а тут - колонна. Транспорты одолели препятствие за неделю, а потом еще неделю кружили в поиске моста без ограничений по весу и путепровода с нестандартной высотой прохода - настолько негабаритным был груз.
- Из упаковки мы построим себе дома, - обрадовался Артамонов. Отборный брус!
- Знал бы кто-нибудь, для чего на самом деле покупаются печатные машины! - деланно вздохнул Макарон. - Чтобы использовать тару!
Пока фуры вставали под разгрузку, Макарон рассказал назначенному ответственным за сдачу цеха в срок Ренгачу поучительную историю.
- Было это до перестройки, - начал он издалека, - на дворе стоял полусухой закон.
- Как это - полусухой? - спросил Ренгач.
- А вот так - выпить никто не против, но выпивки не достать. Давненько Макарон не мочил корки, с самого отъезда Варшавских. - И прибыли к нам немцы на монтаж камер для сжигания скота. Меня приставили костоправом. В дивизионном ларьке, кроме консервов, - ничего. Немцы посмотрели и сказали: 'Без питья работать не будем!' Им сразу пригнали целый вертолет бутылок. А подружился я с Бурхардом, то сала ему подкину, то тушенки. А он все записывал. 'Мы с тобой обедали, - говорит, - я тебе должен'. - 'Да брось, я ему, - не дури, у нас с этим просто!' - 'Нет, - уперся немец, - я должен угостить тебя на такую же сумму!' Затравил, сволочь, менталитетом. Ну и не хватило нам как-то со старшиной, хотя спирта со склада взяли норму. Беру я тогда свой универсальный чемодан, клею на него красный крест и - к Бурхарду. А возле вагончика целая свора специальных людей - переводчица, охрана, валютный контроль - тогда за это сажали без суда. И меня, хоп - не пускают. Я и так, и сяк - два часа объяснял, что, если не окажу Бурхарду первую помощь, график рухнет! Не пустили. И отправился я восвояси. Оборачиваюсь догоняет меня мой друг Бурхард, распахивает полы, а там - коньяк! Именно три бутылки - настолько точно проникся человек. Я - к нему на шею с чемоданом. 'Ну, брат, - говорю, - спас ты нас! Был должен, а теперь рассчитался'. 'Нет, - говорит, - я брал у тебя только десять банок и только три презерватива. Так что теперь ты мне должен!' - 'Ну и как нам разойтись?' спрашиваю. - 'Буду с тобой выпивать', - отвечает. 'Ну и сука ты дотошная, сказал я
