Русская поэзия Китая: Антология

Славу Пскова — повесть о былом.

ИЗИДА ОРЛОВА

ЛАЙФУ

Красный отблеск слился с ночью голубой,
Все окутав фантастичной пеленой…
Мириады разноцветных фонарей
Разметались ярким заревом огней.

На цементовых панелях гул и крик,
Змеезвездами летающий хаос,
Едкий дым, гудки безумствующих рикш,
И в глазах стеклянных блещущий наркоз.

Монотонно плачет струнный тачинкин
В чайном домике, стоящем на углу:
И в фаянсовых посудах чай лянсин
Носит грустный узкоглазый бой Лайфу.

Желтоликое мерцанье возле кан,
Тусклых лампочек на столиках резных,
И агатовые трубки «за даян»
Привлекают посетителей ночных.

Скоро месяц, как, приехав из Чифу,
Где растут индиго белые кусты,
Курит опий узкоглазый бой Лайфу,
В дымке серой расплавляя боль тоски…

Отдаленно плачет струнный тачинкин…
Перед ним в пожаре факельных лучей
Разукрашенный цветами паланкин,
В белых траурных одеждах ряд людей.

Словно тень он видит образ дорогой,
Фермуарами увитый бледный лоб,
Красной шелковой обтянутый канфой
С золотыми иероглифами гроб.

И сиреневой фатою тонкий грим
Лик покрыл, как погребальный алтабаз.
И Лайфу, вдыхая жадно знойный дым,
Видел солнце и цветы в последний раз..

СЛИЯНИЕ

Если ты уподобишься птице,
Пролетающей над океаном,
Если яркой и нежной зарницей
Загоришься над белым туманом,
Если сердца звучащие токи
В лепестках заструятся бегоний —
Ты взойдешь в золотые потоки
Круговых бесконечных гармоний.

ИНКАРНАЦИЯ

В царстве камней и металлов
Был ты светлейшим алмазом,
Солнце тебя проникало
Своим лучезарным глазом.

Жил на земле ты цветком —
Ландышем хрупким и белым;
После пришел мотыльком
Порхающим и несмелым.