ut aequalem virginitatem nupiiis probet; aut, si non duxerit, frustra contra nos verbis agit, cum opere nobiscum sit».
Августин говорит, De haer., с. 82: «Cito ista haeresis oppressa et extincta est»; а Иероним пишет о Иовиниане, в 406 г., Adv. Vigilant., с. 1, что, будучи осужден властями Римской церкви, он утешился, предаваясь своим похотливым наслаждениям.
1 Тим. 5:14; см. также 1 Тим. 2:15; Евр. 13:4.
Например, из 1 Кор. 7:1 («хорошо человеку не касаться женщины») он делает безапелляционный вывод, что касаться ее — плохо, 1. i, с. 7 (Opera, ii, 246): «Si bonum est mulierem non tangere, malum est ergo tangere, nihil enim bono contrarium est, nisi malum; si autem malum est, et ignoscilur, ideo conceditur, ne malo quid detenus fiat… Tolle fornicationem, et non dicet [apostolus], unusquisque uxorem suam habeat». Сразу же после этого (ii, 247) он заявляет на основании призыва Павла постоянно молиться (1 Фес. 5:17), что брак этому мешает: «Si semper orandum est, nunquam ergo conjugio serviendum, quoniam quotiescunque uxori debitum reddo, orare non possum». Подобные софизмы и неверные толкования, очевидно, проистекали из низменного, чувственного представления о браке и вызывали неприятие даже в ту эпоху. Сам Иероним позже понял, что зашел слишком далеко, и в своем Ер. 48 (ed. Vallars., или Ер. 30, ed. Bened.) ad Ратmachium попытался оправдать себя, проводя разграничение между «гимнастическим» (полемически–риторическим) и догматическим стилем письма.
De bono conj., с. 8: «Duo bona sunt connubium et continentia, quorum alteram est melius».
В самом начале своего труда против него Иероним называет его «hominem rusticum et vix primis quoque imbutum literis».
Например, среди деятелей Реформации Лютер (даже называвший Гельвидия «полным безумцем») и Цвингли; среди богословов более позднего периода — Олсхаузен и И. П. Ланге.
По поводу его происхождения см. многословный, но подробный трактат: Walch, l. с, р. 675–677.
Эта низкопробная насмешка повторяется в Epist. 109, ad Ripar. (Opera, i, p. 719), где он говорит, что Vigilantius (Бодрствующий) был так назван ???' ??????????, a следовало бы его назвать Dormitantius (Сонный). Тем не менее остается фактом, что на самом деле Вигилантий оказался весьма бдителен в отношении некоторых суеверий своей эпохи.
