– Джавра, мне нужно с тобой поговорить.
– Позволь, я тебя представлю. – Джавра взмахнула рукой в сторону солдат Союза и чуть не отшибла голову спящего тыльнойстороной ладони. – Эта хорошенькая малышка – моя добрая старая подруга Шеведайя! Она как бы мой прихвостень.
– Джавра.
– Ну, значит, охвостье. Все равно. Мы обошли вместе половину Земного круга. С самыми разнообразными приключениями.
– Джавра.
– Значит, бедами. Все равно. А эти говнюки – из лучших солдат Его Августейшего Величества Высокого короля Союза. Бородатыйпоганец – лейтенант Форест. – Упомянутый поганец кивнул и добродушно улыбнулся Шев. – Тощий – ланс-капрал Йолк. – Спящийчуть заметно пошевелился, провел языком по растрескавшимся губам и издал какой-то слабый невнятный звук. – А тот везучийгад…
– Умелый гад, – буркнул тот, что был похож на крысу, не выпуская из пожелтевших зубов трубку с чаггой.
– Сержант Танни.
– Капрал, – снова поправил тот, глядя в карты сквозь густые клубы дыма.
– Он умудрился снова заработать разжалование, – сказал Форест. – Не поверите, за гусыню и шлюху.
– Она того стоила, – ответил Танни. – Да и шлюха была ничего себе. Огневая девка, между прочим. – И он, громко шлепнув,выложил карты на стол.
– Титьки Матери! – взвыла Джавра. – Опять!
– Есть некоторая разница… – пробормотал Танни, стискивая мундштук трубки зубами, – между перебрать и недопить… – онсобирал со стола свой выигрыш в монетах доброй дюжины стран, – а в картах мне равных нет. Вся хитрость, как и почти со всем, чтобывает в жизни, в том, чтобы поддерживать
– Удача, – нараспев произнесла Джавра, глядя прищуренными, чудовищно налитыми кровью глазами, как он собирал со столасвою добычу, – вот чего мне никогда в жизни не попадалось.
– Джавра…
– Дай-ка угадаю! – Она взмахнула рукой над столом и размазала размотавшимися повязками лужицу разлитого на столе пива. –Ты по самую свою хилую шейку угодила в какое-то редкостно вонючее дерьмо и примчалась, чтобы подкинуть и мне лопату-другую.
Шеведайя открыла было рот для язвительного ответа, но, оценив ситуацию, передумала.
– В общем, да. Хоральд захватил Каркольф. И хочет, чтобы я явилась к нему на Карпов остров. – Она не без труда выталкивалаэти слова сквозь стиснутые зубы. – Мне бы очень пригодилась твоя помощь.
Джавра фыркнула, да так энергично, что на распухшую верхнюю губу вылетела сопля. Сама она этого, кажется, незаметила.
– Видите, парни? Отдаешь им все. – И она стукнула себя кулаком в грудь с такой силой, что там осталось розовое пятно. –Отдаешь им сердце, а они выплевывают его тебе в лицо!
– Как можно выплюнуть сердце? – полюбопытствовала Шев, но Джавра совершенно не желала разъяснять свои метафоры.
– Но как только с ними что-нибудь случается, о да, стоит им вляпаться в какое-нибудь г…но, как они бегут к мамочке. – Онапопыталась свести глаза, чтобы взглянуть на Шев. – Только вот мамочка, на хер, занята!
– Мамочке бы, на хер, постыдиться хоть немного.
– А вот это,
– Благослови его вечное величество, – пробурчал Танни, раздавая карты всем четырем партнерам, как бодрствующим, так инет.
– Я только дважды с нею встречалась, – ответила Шев. – Вряд ли она даже имя мое знает.
– Ну, уж ее всемогущая министерша слухов, Шайло Витари, небось знает. Неужто она не может высунуться на свет и вытащитьтвою любовницу из беды?
– Она уже едет на юга, в Сипани.
– А твой улыбчивый дружок, купец Маджуд? У него глубокие карманы.
– Беда в том, что для этого ему пришлось бы запустить в них руки.
– А как насчет северянина, с которым ты работала? Тот, что с глазом. Или… без. – Размахивая руками, Джавра случайно ткнуласебе в лицо картами, ей пришлось прикрыть другой ладонью слезящийся глаз, но при этом она так же случайно хотя бы соплю с губывытерла. – Дерганый?
– Трясучка? – Шев саму пробрала легкая дрожь при воспоминании об изуродованном шрамами лице, о том выражении, с которымон убил трех сипанийцев, гнавшихся за нею. Вернее, с пугающим отсутствием какого-либо выражения.
– Бывает и такая помощь, без которой лучше бы обойтись, – пробормотала она.
– В таком случае ты обойдешься и без моей. – Джавра трясущейся рукой подняла стакан и сосредоточилась, пытаясь донести егорта. Шев легким движением выбила стакан из ее руки, и он разбился в углу.
– Ты нужна мне трезвой.
Джавра громко фыркнула.
– Шеведайя, этому не бывать. Если бы все шло по-моему, такого никогда больше не случилось бы.
– Вот, – вмешался Танни, протягивая свой стакан, – держи…
Шев выбила стакан из его рук, и он разбился почти в том же месте, где и первый. Солдат нахмурился и впервые за все времявынул трубку изо рта.
– Проклятие! Да я тебя, девка…
Джавра сунула ему под нос кулак со смятыми в нем картами, ее красные глаза вспыхнули, она оскалила зубы и проговорила,брызгая слюной:
– Попробуй еще раз заговорить с моей подругой в таком тоне и будешь, засранец задроченный, свои зубы из моих кулаковвыковыривать!
Танни скосил глаза на мощный, покрытый шрамами кулак, и одна из его бровей медленно, очень медленно, поползла вверх.
– Мадам, я солдат. Драки я люблю меньше всего на свете.
Форест прочистил горло, в котором гулко клокотала мокрота, и немного неуверенно поднялся на ноги.
– Дамы, со всем почтением вынужден предложить закончить вечеринку. У нас завтра ранний подъем. Знаете ли, возвращаемся вСрединные земли, потерпев поражение. – Он толкнул Йолка локтем, и тощий коротышка открыл глаза.
– Встаю! – выкрикнул он, глядя вокруг безумными глазами. – Встаю! – И он упал со стула на четвереньки и принялся блевать напол.
Танни уже пересыпал свой выигрыш в потрепанную шапку. Форест подхватил Йолка за ремень и поволок по полу, а тотбрыкался, безуспешно пытаясь встать.
– Был рад знакомству, – сказал Танни, начиная пятиться к двери через лужу рвоты, в которую чуть не упал, споткнувшись охрапевшего в ней. – Прям полны штаны радости.
– Встретимся на поле битвы! – выкрикнула Джавра.
Танни подмигнул и описал пальцем кольцо в воздухе.
– Лучше где-нибудь поблизости! – И он исчез в дымном мраке.
– Шеведайя, ты, как всегда, испортила мне все развлечение. – Джавра разжала пальцы. На пол выпали несколько смятых карт.Еще пара прилипла к ладони, и ей пришлось встряхнуть рукой, чтобы избавиться от них. – Полагаю, ты обалденно довольнасобой.
– Ты, как всегда, сама испортила себе все развлечение, а мне, если тебе интересно, до довольства собой далеко, как до неба. –Она опустилась на стул Йолка. – Джавра, никто не станет мне помогать. Каркольф они не доверяют. И боятся, что Хоральд с нимирасправится.
Джавра снова фыркнула и снова была вынуждена размазать вытекшую из разбитого носа соплю разбитыми костяшкамипальцев.
– К Великому уравнителю у меня, как ты знаешь, отношение сложное, но если ты думаешь, что я доверяю этой склизкой змеехоть намного больше, чем чуме…
– Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу воспринимать мир с ее точки зрения. А ты?
– Трудно иметь одну точку зрения с человеком, который на целый фут ниже тебя. Она выглядит как змея, движется, как змея,думает, как змея. Шеведайя, она замечает твое приближение – она всегда все замечает и думает: «А вот и обед». И несмотря на вселихо, которое тебе пришлось хлебнуть по ее милости, стоило ей разок повертеть перед тобой своей круглой попкой, как ты сноваоказалась у нее ни крючке. Ведь, если память мне не изменяет, именно она потопила твой корабль.
– На этот раз все по-другому, – пробормотала Шев, не понимая, почему ей так больно: из-за того, что эти слова ошибочны, илииз-за того, что все это правда.
