убрали, а в холодильнике еще осталось столько еды, что можно было накормить всю эту толпу еще раз, я ложусь в кровать. Мать Артура-младшего со мной до сих пор не разговаривает, так что я беру книгу. Герман Мелвилл – так зовут парня, который ее написал. А рассказ, который читал малой, назывался «Писец Бартлби». Ну и я решил почитать. А что, черт возьми? Ты же парень умный, читал его когда-нибудь?
– Очень давно, – ответил я. – Он немного… странный, да?
– Странный? Да это самый ужасный рассказ, что я читал в своей жизни! Этот лопух устраивается в юридическую контору и решает, что не хочет работать. И что, его увольняют? Нет. И это рассказ? Если ты нанимаешь парня, который не делает свою работу, то что ты делаешь? Кормишь засранца? А в конце этот лопух встает и просто исчезает, а ты узнаешь, что он работал в отделе невостребованных писем. И что, тут есть смысл? На следующий день я звоню Артуру-младшему, спрашиваю, может ли он объяснить мне, что этот чертов рассказ должен значить? А он мне: «Пап, он значит то, что там написано». Ох, Дьякон, я тогда был готов порвать все дела с этим Гарвардом, раз и навсегда. Я никогда в колледже не учился, но знаю, что все, что там написано, ничего не значит, не в этом мире!
Это замечание казалось справедливым и в отношении документов у меня на столе, каждый из которых систематически кодировался таким образом, чтобы умышленно сбивать с толку своим дословным содержанием. Еще один код был заложен в два моих последних разговора с Маргаритой.
– Вымысел лучше оставить на усмотрение реальной жизни, – предложил я.
– Сказал бы это кто-нибудь Герману Мелвиллу, – отозвался мистер Артур «Это-Здание-Нужно-Снести» К***.
Миссис Рампейдж позвонила мне, чтобы сообщить, что я отстаю от графика, и спросить, не нужно ли убрать чашки из-под кофе. Дверь позади меня открылась, и я подумал, что секретарша принялась исполнять мое поручение с удивительным даже для нее проворством. Первым признаком моей ошибки стало поведение трех других мужчин, присутствовавших в кабинете и до этого момента отличавшихся лишь неподвижностью мраморных статуй. Громила, стоявший рядом с моим клиентом, сделал шаг вперед, оказавшись за мною, а его напарники переместились к столу.
– Это еще что за черт? – проговорил мой клиент. Из-за человека, что стоял перед ним, он не мог видеть мистера Треска и мистера Тумака.
Держа блокнот, содержащий один из его многочисленных списков, мистер Треск с легким удивлением уставился на великанов, расположившихся по бокам моего стола, и произнес:
– Прошу прощения за вторжение, сэр, но мы полагали, что ваша встреча завершится за час и вы освободитесь и сможете ответить нам насчет паровых утюгов.
– Это еще что за черт? – повторил мистер Артур «Это-Здание-Нужно-Снести» К*** свой вопрос, но слегка изменив его тон в сторону усиления тревоги.
Я попытался спасти положение.
– Прошу, разрешите мне объяснить это вмешательство. Я нанял этих двоих джентльменов в качестве своих консультантов, а поскольку они предпочли работать у меня в кабинете, чего я, естественно, не мог позволить на время нашей с вами встречи, я попросил их временно переместиться в мою ванную, оснащенную библиотекой, соответствующей их запросам.
– Достойной самого короля, по моему мнению, – добавил мистер Треск.
В этот момент в кабинет открылась другая дверь, слева от стола, и вошла миссис Рампейдж. Охранники моего клиента засунули руки в пиджаки и рассредоточились по помещению со скоростью и точностью, достойной танцевальной группы.
– О господи, – проговорила миссис Рампейдж. – Простите. Мне лучше зайти позже?
– Ни в коем случае, милочка, – ответил мистер Треск. – Временное недопонимание по причине ложной тревоги. Прошу вас, позвольте нам насладиться вашей восхитительной красотой.
Перед моим изумленным взглядом миссис Рампейдж сделала реверанс и поспешила к столу, чтобы собрать посуду.
Я посмотрел на своего клиента и заметил в нем удивительно необычную деталь: его наполовину выкуренная сигара все еще была у него во рту, а четыре дюйма пепла оставили серое пятно на его галстуке, прежде чем развалиться на его выступающем животе. Мистер Артур «Это-Здание-Нужно- Снести» К*** смотрел прямо перед собой, широко раскрыв глаза. Лицо его цветом напоминало корочку непропеченного пирога.
– Мое почтение, сэр, – проговорил мистер Треск.
Клиент шумно сглотнул и перевел на меня взгляд, полный неподдельного ужаса.
– Приношу всем свои извинения, – сказал мистер Треск.
Миссис Рампейдж уже сбежала. Вслед за ней раздался лишь звук закрывающейся двери.
Мистер Артур «Это-Здание-Нужно-Снести» К*** два раза моргнул, пытаясь вернуть глазам их привычный размер. Неуверенной рукой, но очень нежно, будто обращаясь с обожаемым младенцем, он положил сигару в хрустальную раковину. Затем прочистил горло, взглянул на потолок.
– Дьякон, – сказал он, глядя вверх. – Мне пора бежать. Совсем забыл о следующей встрече. Вот что бывает, когда развязываешь язык. Будем на связи.
Он поднялся, сбросив пепельный цилиндр на ковер, и подал своим мордоворотам знак на выход в приемную.
Конечно, как только мне выпала такая возможность, я расспросил своих детективов об этом повороте событий и, пока они
