Он не закончил фразу, лишь вздохнул и, чуть погодя, спросил:
– Когда же в дорогу, вождь?
Глава 8. Угнать за 60 секунд
И вновь на тебя лишь
мы уповаем!
Подвигнись на поиск,
если отважен.
Насколько помнил Саша, Ингеной назывался Авранш. Будущий Авранш, епископ которого, Обер, когда-то основал… оснует на близлежащем скалистом острове знаменитое аббатство Святого Михаила. Покуда же никакого аббатства не было, как не было и Авранша, а была Ингена – небольшой городок римского типа, расположившийся на вершине крутого холма. Все как полагается – прямые улицы, площадь с базиликой-храмом, зубчатые стены и башни, большей частью разрушенные от лихих набегов, но бережно восстанавливаемые – уже с раннего утра рабы (или преступники?) под бдительным присмотром вооруженных короткими копьями часовых аккуратно закладывали прорехи камнями.
Порт располагался не в самом городе, рядом – километр-полтора – в удобной бухточке с великолепным видом на остров-гору – будущий Мон-Сен- Мишель. Собственно, путникам туда и было нужно – не в город, а в гавань, кстати, полную рыбацких судов, уже поднимающих паруса и выходящих в море.
– Ну, выбирайте! – глядя с соседнего холма вниз, Александр обвел бухту руками, словно бы все, стоявшие там, корабли, принадлежали ему. – Нам нужен парусник, желательно небольшой, но крепкий и быстрый. Какое-нибудь купеческое судно.
Золотом отражаясь на синих спинах волн, ярко сверкало только что показавшееся из-за дальних лесов солнышко, и почти вся бухта находилась сейчас в тени холма, впрочем, быстро убегающей, прямо на глазах делавшейся все короче, короче…
– Короче, спустимся и поглядим! – усмехнулся вождь. – Фредегар, Рутбальд – останетесь здесь, Гислольд – с нами.
Рутбальд уже ходил – колдунья не обманула – правда, все еще сильно прихрамывал. Почти весь путь до Ингены его пришлось нести на носилках. Слава богам, добрались успешно, без всяких особых приключений, если не считать попытки налета разбойников, успешно отбитой. Да лесные сволочи и сами предпочли скрыться в лесу, сообразив, что нарвались вовсе не на крестьян или мирных торговцев, и никаких попыток к преследованию не предпринимали, видать, и без того хватало добычи – дорожка оказалась людной, и «верная дружина», как гордо именовал своих спутников Александр, предпочитала передвигаться ночью, в призрачном свете располневшей луны.
Отыскав ведущую вниз тропинку, все трое – Саша, Гислольд и Оффа – спустились в бухту, невольно любуясь покачивающимися у выложенного из черных камней причала судами. Их тут неожиданно оказалось много, причем как раз таки более-менее подходящих – купеческих, «круглых», не очень-то быстроходных, но вполне надежных, с палубой, вместительными трюмами и каютами на корме. И – самое главное – с парусами. Две, три и даже четыре мачты!
– Даже две для нас – много, – прищурив глаза, вскользь заметил вождь. – Ищите судно с одной.
– А ту, маленькую мачту на самом носу – считать? – поинтересовался Гислольд.
– С парусом артемоном? Не надо – этот парусенок нам очень даже сгодится.
– Тогда – вот! Во-он, за той лодкой.
– Не пойдет! Слишком уж неповоротливый – мы на нем уж точно никого не догоним.
– Тогда – этот, с красной кормой!
– А эта развалюха потонет в первый же шторм!
Александр был привередой, у в чем, в чем, а в парусниках он разбирался, сам когда-то служил на бриге «Товарищ», в память о котором осталась наколка на левой руке – баловался по молодости да по глупости. Да и потом, уже будучи профессиональным каскадером, Саша не оставил парусный спорт, вовсе даже наоборот – в работе все пригождалось. И это уже не говоря о том, что там, в Вандальской Африке, у него был свой корабль… да что там корабль – флот!
То, что, отомстив, они поплывут в Африку, для «дружинников» не составляло секрета и даже вызывало некую тихую радость – о мощном флоте
