Однако на холм не пошли, спустились вниз к морю.
– Они должны быть где-то там, за островом, – Александр до боли в глазах всматривался в море – темное и вроде бы как живое.
– Думаю, они там и есть. Ничего, скоро светает – увидим.
– Что толку увидеть, брат? Нужно искать челнок.
Как всегда, Оффа Лошадиная Челюсть был прав, рассуждая в высшей степени логически, ничего не оставалось делать, как с ним согласиться, да пойти вдоль по пляжу… по окутанному предутренним туманом пляжу, внимательно вглядываясь в молочно-белый берег. Ну, и как найдешь здесь челнок? Разве что споткнешься.
– Эй, эй, подождите! – позади вдруг послышался женский крик.
Побратимы удивленно переглянулись:
– Это еще кто?
– Думаю, сейчас мы это увидим.
Чьи-то легкие шаги быстро приближались, и вот уже из тумана вынырнула девичья фигурка, закутанная в длинную хламиду. Улыбнулась:
– Ну, слава Богу, догнала.
– А ты вообще кто?
– Я – Гита, мой господин, – девушка низко поклонилась вождю.
– Ммм… – тот в задумчивости взъерошил затылок. – Напомни-ка, оттуда ты взялась?
– Ты меня выиграл в кости! – улыбнулась Гита. – И еще – вот его… кис, кис…
Из тумана, сверкая желтыми глазищами, выскочил огромный черный кот!
– Это еще что такое?
– Это Мурр, очень хороший котик.
– Да-а, – взглянув на едва сдерживающегося от смеха Оффу, Саша покачал головой. – Котов нам сейчас только и не хватало. Как, впрочем, и девушек. Слышь, ты, Гита… шла бы ты куда-нибудь, а?
– Ты прогоняешь меня, мой господин? За что? Что такого сделала? – Серые, блестящие глаза девушки вдруг наполнились слезами. – О, не прогоняй меня, мой господин!
– Да с чего ты взяла, что я твой господин? Ну, подумаешь, выиграл.
– Нет, господин – не подумаешь! – обиженно возразила Гита. – Весь город об этом знает. И если ты меня прогонишь – куда мне идти? Кому я здесь нужна? Моя родина далеко… да и там давно нет дома. За что ты хочешь моей гибели, господин?
Саша сконфуженно потупился: а ведь девчонка все верно сказала. Это только в старых советских книжках несчастные рабы только и думали, как бы поскорее сбежать от своих сволочуг-хозяев. Не-ет, на самом-то деле все было куда как сложнее. Прав Маяковский, ох, как прав – «единица – вздор, единица – ноль». Здесь и вождь без дружины – ноль без палочки, что уж говорить о какой-то рабыне! Не выживет она одна, как и никто бы не выжил – это уж точно. Правда, девушка красива – длинные темные волосы, серые глазки… такая красавица, по всему, уж не останется без покровителя. Однако его еще нужно найти. А до этого где жить? Что кушать?
– Ладно, – хевдинг обреченно махнул рукой. – Коли уж ты навязалась на наши головы, тогда хоть посоветуй – где тут можно украсть лодку?
– Украсть лодку?! Ты хочешь украсть лодку, мой господин?! – В глазах девушки снова вспыхнул недоверчивый ужас.
– Ну, да – лодку, – нетерпеливо пояснил молодой человек. – Потому что корабль мы уже украли… хотелось бы верить, должны бы украсть. Тут такой туман, ни черта не видно.
– Я знаю, где взять челнок, – успокоившись, негромко промолвила Гита. – Здесь, в нескольких стадиях… идем.
– Ну, что ж – веди нас, прекрасная незнакомка!
Александр тряхнул головой и быстро зашагал следом за девушкой. Собственной, между прочим, рабыней, честно выигранной в кости.
Шли недолго, но постоянно спотыкались – туман становился гуще, да и небо над головой только еще начинало светать.
– Тсс! – девчонка неожиданно остановилась, обернулась, приложив палец к губам. Хорошие у нее были губки… сладкие… впрочем, сейчас это к делу не относилось.
– Тихо… Слышите?
– Нет, – прислушавшись, шепотом отозвался хевдинг. – Ничего не слышу.
– Ну, вот же… слышите – песня!
Александр навострил уши и в самом деле услыхал чье-то мычание.
– А это – не отставший от коровы теленок? – тихо засмеялся Оффа.
– Нет… Тсс! Это поет Летиций, мальчишка. Поет, чтобы не заснуть. Он и сторожит лодки…
Оффа приосанился:
