И действительно, народу на набережной было много… очень много – и все как-то не по-хорошему возбужденные, орущие. Хевдинг прислушался:
– Долой! Долой цезаря! Цезарь оставил нас варварам! Он больше не цезарь… Вон он, вон он!!! Смотрите! Смерть предателю! Смерть!
Возбужденная толпа быстро пришла в неистовство – немногочисленная императорская свита была сметена вмиг… а преторианцы просто расступились, словно им и не было никакого дела до своего повелителя Рима! Предали!
– А, собака, собрался бежать? Бей его! Гвардия – с нами!
Полетели камни.
– Может, нам стоит высадиться в каком-нибудь более спокойном месте? – задумчиво пробормотал Лерой. – Скажем, во-он за тем мостом.
– Так толпа туда и бежит, – философски заметил Саша. – Тащат кого-то. Неужто своего несчастного императора? Ой-ой-ой! – он вдруг привстал, заметив на мосту знакомых… Корнелия, Марка… и всю свою дружину – Оффу Лошадиную Челюсть, Гислольда… Да и остальные, похоже, ошивались где-то поблизости. Ага… вот они куда решили прогуляться, черти!
Толпа вдруг завыла… и в Тибр полетели кровавые ошметки… еще недавно бывшие императором Петронием Максимом.
– Цезаря больше нет! – ликуя, кричали в толпе. – Аве, цезарь!
– Высади нас на том берегу, – внимательно посмотрев на мост, попросил лодочника Александр. – Кажется, туда зачем-то побежали мои хорошие друзья.
– У вас здесь есть друзья?
– Ну, а как же? Эй, лодочник – правь! Вот тебе еще монета.
– Как бы они не захватили лодку.
– Нужна им твоя лодка! Правь и ничего не бойся.
– Ну… как скажете, господин.
Выбравшись на набережную, хевдинг первым делом осмотрелся и, заметив в толпе своих, немедленно рванул к ним, не забыв обернуться и прокричать:
– Давайте за мной, месье!
А толпа явно за кем-то гналась! Без особого, впрочем, успеха.
– Вон, туда, туда он побежал – к Свайному мосту!
– Нет, к Аврелиевой дороге.
– К садам Цезаря, я точно видел!
– Парни, давайте разделимся. Мы – к мосту, вы – к дороге, а вы вот – к садам. Только не убивайте сразу – у этого типа должно быть немало богатств!
– Нам – туда! – махнув своему спутнику рукой, хевдинг побежал за своими. Кричал, конечно, да те не слышали – здесь кругом все орали.
Ага… вот на пути появились яблони, сливы, густые кусты акации и дрока, еще какие-то деревья, кажется, ивы…
– Да тут целые заросли! – неожиданно засмеялся Лерой. – Вряд ли здесь кто-то кого-то поймает.
– Поймают, они упорные… только вот хотелось бы знать – кого и зачем? Тсс!
Александр вдруг явственно услышал неподалеку, в кустах, за оврагом, чей-то сдавленный крик и тотчас же рванул туда, рискуя сломать себе шею.
Выскочив на небольшую полянку, замер: у раскидистой ивы, заслоняя собой двух плачущих женщин и девочку-подростка, стоял высокий светловолосый мужчина в изодранном алом плаще и золоченом панцире поверх кольчуги. Левой рукой воин крепко ухватил за шею какого-то мальчишку, правой же вдавил в его шею кинжал.
– Стойте! Позвольте моим людям уйти… иначе я…
– Убивай, – нехорошо прищурился Гислольд. – Мы этого парня и вовсе не знаем. Нет, – с насмешкою на устах, он обернулся к Фредегару. – Вы только посмотрите – схватил невесть кого и что-то от нас хочет! Ха-ха-ха!!!
Ой, Гислольд смеялся не зря! Не зря отвлекал на себя внимание воина – неподалеку, за кустами акации, уже раскручивал свою секиру Оффа Лошадиная Челюсть. Сейчас ведь метнет!
– Эй, постойте-ка! – убрав меч в ножны, Александр выбрался на поляну.
– Хевдинг! – радостно улыбнулся Гислольд. – А мы тут… прогуливались.
– Да видел… – Саша махнул рукой и обернулся…
И вздрогнул… Узнал… Он!!! Не слишком-то Ингульф и изменился – все то же худощавое лицо, сверкающая гневом синева глаз… нос все тот же, смешной, вздернутый…
– Ты бы отпустил паренька…
– Нет! Я уже сказал! Пусть раньше спокойно уйдут мои.
