осторожней.
Ага… вот четвертый этаж… ух, и смрад же! Что они тут, селедку в гуталине жарят? Хорошо хоть лестница снаружи, воздух чистый, свежий. Однако и свалиться запросто можно – перильца-то хлипенькие. Ага – вот и пятый этажик. В коридор дверь нараспашку, вернее – ее вообще тут нету!
Ладно…
И что теперь? Комнат тут много…
Озадаченно почесав затылок, Весников решительно стукнул кулаком в первую попавшуюся клетушку и крикнул по-русски:
– Эй, есть дома кто?
Дверь, как ни странно, открылась, какой-то плешивый, заспанного вида, мужик в длинном женском, как Вальдшнепу показалось, платье что-то спросил.
– Тут гражданочка одна… Юдифь, кажется… не знаешь, где живет?
– Юдифь? О! О! – Плешивец закивал, отстранил гостя от двери и, выйдя в коридор, вдруг заорал во весь голос: – Юди-ифь! Юди-ифь!
Весников испуганно попятился:
– Что ты голосишь-то, черт заполошный? А вдруг она того… этого… замужем?
Хотя нет – была бы замужем, не подмигивала бы. А вдруг – специально? Завлекает в сети! А скорее всего, просто денег хочет девка. Саня же сказал – она нищая. Ну да, так и есть. Придется уж дать… двадцать евриков… Не, двадцать это уж слишком много будет, хватит и десяти.
– Господин?
Погруженный в свои мыслишки, Вальдшнеп и не заметил, как в коридоре появилась Юдифь – в соблазнительно короткой тунике, едва-едва до половины бедер.
– Гражданочка… вам тут кран починить не надо? – Тракторист и не знал теперь, что говорить, давно не знакомился с женщинами, тем более – с такими молодыми и привлекательными. – Я тут это… того… проходил мимо, гляжу – вы… А мы с вами вчера во дворе встречались, помните?
– О, я не понимаю, ничего не понимаю, мой господин.
Улыбнувшись, Юдифь взяла Вальдшнепа за руку и без лишних слов повела к себе.
– Да-а-а… – Покачал головой тракторист, увидев клетушку, большую часть которой занимало узкое ложе. – Жилплощадь-то, прямо скажем, не очень. И сколько за нее платишь? Дорого, говорю, живоглот-хозяин берет? Небось, дерет три шкуры… ясен-пень… А? Не понимаешь? Вот и я тоже…
А девчонка вдруг, захлопнув дверь, стащила с себя тунику, оставшись абсолютно голой… Весников даже опешил от неожиданности, покраснел… и даже попятился, когда Юдифь крепко поцеловала его в губы…
– Эх, девка… О цене бы сначала… – наконец решился намекнуть тракторист. – Десять евро хватит? По глазам вижу, что хватит – ясен-пень!
Грубо облапив девушку, Весников повалил ее на ложе и тут же, без всяких предварительных ласк, торопливо спустил штаны:
– А ну-ка, давай, повернись… От та-ак… У-у-у, молдаваночка-а-а!
Продолжалось все недолго, но Весников чувствовал себя героем, этаким новорусским рубахой-парнем. Лежал, ухмылялся, по-хозяйски похлопывая Юдифь по животику. Уж будет, будет что рассказать мужикам. Вот соберутся как-нибудь на рыбалку…
Вообще-то, сказать по правде, друзей у Весникова не имелось – не с кем ему было ходить на рыбалку-охоту, вот, с Сашей только, и то потому что он не местный. Свои же мужики Вальдшнепа не особо жаловали, считали бирюком, да он и впрямь не испытывал потребности в чьей-то там дружбе. Но тут, тут другое дело… Коли уж так все удачно сложилось, что в чужой стране, можно сказать, на курорте – снял девку, оприходовал и вот… Ох, тут ведь надо все в подробностях запомнить, потом обсказать мужикам – за-ради такого случая стоит и жбан выкатить, прикупить водочки подешевле… Нет, лучше спирту разбавить – пейте, мужики, да слушайте, завидуйте, потом по поселку расскажете, как Колька Весников «на югах» отрывался…
– Э, э… ты че творишь-то? Я ведь не извращенец какой… Ай, ладно, делай как знаешь…
И все равно, несмотря на героические усилия Юдифи, на второй сеанс Весников так и не сподобился, может – стареть стал, а скорее – просто не о том сейчас думал. Все мечтал, как будет у себя в деревне рассказывать… ух, во всех подробностях, со смаком! Даже чего и не было – какой же рассказчик хоть немного да не приврет?
В жарких объятьях Юдифи тракторист провел часа три, никак не меньше. Ближе к вечеру засобирался восвояси: Саня должен скоро вернуться.
А Саня, иначе Александр Иванович Петров, в это самое время до боли в глазах всматривался в укромную бухточку – увы, пустую.
– Ну, где же корабль-то? – Он обернулся к Сальвиану. – Может, рыбаки про какое-нибудь другое место рассказывали?
– Да нет, про это. – Купец покачал головой. – Удобнее тут и не сыщешь – с моря незаметно, с дороги – тоже. Нет, здесь это, здесь.
– Так где ж шху… где корабль-то?
– Так сказали же – не каждый день он сюда заходит. Но ведь заходит – и часто!
– Слушай, уважаемый, а может, я еще разок в деревню наведаюсь? Расспрошу людей поподробнее.
– Так спрашивали уже! Впрочем – сходи, если хочешь. Послать слугу проводить?
