– У меня есть новости.
– Хорошие или плохие? – спросила Лиша, уже зная ответ. Она не помнила случая, чтобы мать приносила добрые вести.
– Того и другого понемногу, смотря как посмотреть, – сказала Элона. – Сдается мне, что ты не одинока.
– Не одинока?
Элона выгнула спину и погладила себя по животу.
– Быть может, у меня назревает личный скандал – как раз вовремя, чтобы отвлечь от твоего.
Лиша онемела. Она долго таращилась на мать.
– Ты…
– Блюю, как кошка, а месячных нет, – подтвердила Элона. – Как такое возможно – за гранью моего понимания, но деваться некуда.
– Разумеется, это возможно, – сказала Лиша. – Тебе только сорок че…
– Эй! – перебила ее Элона. – Незачем наступать на мозоль! Мы не о возрасте говорим. Четверть века назад карга Бруна, твоя святая училка, сказала, что ты – последний шанс для моей утробы. С тех пор я не притрагивалась к яблуневому чаю и не просила мужиков вынимать загодя, но яичко не созревало. Может, объяснишь, с чего я вдруг снова стала ягодкой?
– Всяко бывает, – ответила Лиша, – но я бы свалила на великую метку.
– То есть? – не поняла Элона.
– Все население Лесорубовой Лощины почти год прожило на метке, заряжающей магией саму землю. Даже те, кто не воюет, воспринимают некоторую отдачу, которая делает их моложе, сильнее…
– …и плодовитее, – сообразила Элона. Она взяла печенье, но отрыгнула и положила его на место. – Наверно, это не так уж плохо. Твои братик- сестренка и родное чадо будут засирать одну кроватку и гоняться друг за другом по огороду.
Лиша попыталась представить, но это было чересчур.
– Мама, я вынуждена спросить…
– Кто папаша? Провалиться мне в Недра, если знаю. Последние годы меня регулярно имел Гаред…
– Создатель, мама! – возопила Лиша.
Элона оставила возглас без внимания и продолжила:
– Но мальчик, став горой за Меченого, сделался крайне набожным. Не прикасался ко мне с тех пор, как ты застукала нас в пути. – Она вздохнула. – Можно было бы подумать на твоего отца, но Эрни не тот мужчина, что прежде. Ты изумишься, что? мне приходится делать, чтобы у него попросту встал…
– Тьфу! – Лиша заткнула уши.
– А что? Разве ты не городская травница? Разве не твое дело слушать такие речи и помогать людям разобраться, что к чему?
– Ну да… – начала было Лиша.
– Значит, можно всем, кроме родной матери? – насела Элона.
Лиша закатила глаза:
– Мама, никто больше не приходит ко мне с такими историями. И как быть с папой? Он имеет право знать, что ребенок, возможно, не его.
– Ха! – рассмеялась Элона. – Если это не с больной головы на здоровую, то я не знаю, что и думать.
Лиша поджала губы. Вполне справедливое замечание.
– Так или иначе, он в курсе, – сказала Элона.
– В курсе? – моргнула Лиша.
– Конечно! – отрезала мать. – У твоего папаши много недостатков, Лиша, но он не тупица. Он понимает, что поле ему толком не вспахать, и закрывает глаза, когда его возделывают как надо. – Она подмигнула. – Впрочем, я пару раз поймала его – подсматривал. В эти ночи у него вставал безо всякой помощи.
Лиша зарылась лицом в ладони:
– Создатель, прибери меня.
– Дело в том, – сообщила Элона, – что Эрни все устраивает, пока никто не сует в его личную жизнь нос.
– Как делаешь ты при каждой возможности? – уточнила Лиша.
– Неправда! – вскинулась мать. – Я только с тобой обсуждаю, но мы родня. Я не докладываю в Праведном доме женушкам-ханжам, что твоему папаше нравится…
– Ладно! – Лиша предпочла оставить победу за матерью, чем секундой дольше выносить этот разговор. – Итак, мы не знаем, кто отец твоего ребенка. Нас могут обеих изгнать из города.
– В Недра эту чушь! – сказала Элона. – Мы женщины семейства Свиток. Городу придется к нам притерпеться.
