поздно вечером, а твоя кровать даже не расправлена, и дома тебя не было. Я тебе с шести часов звоню, а ты не отвечаешь. Еще и университет решил прогулять.
– Извинись, – шепнул мне Яр.
Я удивленно на него взглянула.
– Извинись, – толкнул он меня локтем в бок.
– Извини, – покорно проговорила я. В конце концов, Зарецкому лучше знать, как общаться со своей матерью.
– Нам предстоит серьезный разговор, Ярослав. Жду тебя дома, – сказала женщина и повесила трубку. Голос у нее был какой-то совершенно уставший.
– Вызываем такси, едем ко мне, – решительно сказал Зарецкий.
– На автобусе дешевле доехать, – поморщилась я.
– И в три раза дольше.
Пришлось уступить и вызывать такси. В конце концов, хозяин – барин. С таксистом, который домчал нас до дома Зарецкого за двадцать минут, умудрившись проскочить по утрам ранние пробки, мы рассчитывались деньгами Ярослава.
Ярослав жил в довольно-таки неплохом жилом комплексе, который, как я поняла, находился не особо далеко от школы, где мне когда-то выпала честь проходить практику. Родители его были людьми состоятельными и могли позволить себе подобную квартиру. Конечно, до моего отца или Тима им было очень далеко, но все-таки семью Зарецких можно было назвать достаточно состоятельной.
– Значит так, ты идешь ко мне в квартиру, а я жду тебя здесь, – указал взглядом на благоустроенный двор Ярослав. – Дома извинишься, переоденешься – выбирай любую футболку и джинсы, скажешь, что едешь в универ, и уйдешь. И не забудь взять ключи от машины.
Он детально объяснил мне, где лежат ключи от машины, а где – вещи и, вздохнув напоследок, протянул мне ключи от квартиры.
– Сто пятьдесят вторая квартира, восьмой этаж, – сказал он. – Старайся не разговаривать ни с кем. Сделала, что я сказал – и уходи. Мама не будет сильно ругаться, если ты скажешь, что тебе пора в универ. Поняла?
– Поняла.
И в это время его громко окрикнули по имени.
– Ярослав! – раздалось за нашими спинами.
Мы синхронно обернулись. Около подъезда стоял высокий темноволосый молодой человек с красивым лицом с правильными чертами. Чуть прищурив глаза, он смотрел на нас и манил к себе. Я уже видела его не раз.
– Капец, – пробурчал Зарецкий. – Это мой брат Егор.
– И что делать? – одними губами спросила я. Почему-то вдруг подумалось, что этот красавчик сейчас точно поймет, кто есть кто.
– Пойдем к нему…
Мы зашагали вперед. Я – с опаской, Яр – с обреченностью.
Егор встретил нас вполне дружелюбно.
– И где ты был, друг мой? – опустилась мне на плечо его тяжелая рука. – Мать из-за тебя все утро волновалась. И радуйся, что отец уже на работе. Он тебя прибить был готов.
– Я не хотел задерживаться, – смиренно сказала я.
– Но задержался, – хмыкнул Егор и перевел взгляд на Ярослава в моем теле.
– Вы – его девушка? – вдруг спросил он. – Полина?
– Меня зовут Настя, – скромно взмахнув ресницами, сообщил Зарецкий. – А вы – старший брат Ярочки? Он мне много про вас рассказывал.
Егор несколько смутился своей оплошности, но быстро взял себя в руки.
– Рад с вами познакомиться, Настя. К сожалению, мне пора уезжать. И поговорить мы не сможем. Но, думаю, мама будет рада с вами пообщаться.
Едва мы зашли в подъезд, как Ярослав выругался – совсем не по-девичьи. Видимо, встреча со старшим братом, равно как и визит домой, совершенно не входили в его планы.
– Может, мне тебя здесь подождать? – спросил он.
– Нет уж, – ответила я. – Пойдем вместе. В конце концов, мы идем в твой дом. А кричать будут на меня. Ты тоже должен отхватить немного негатива.
– Моя мама никогда не кричит, – заявил Яр, нажимая на кнопку вызова лифта. – Она добрая и спокойная. Но если разозлится, может днями не разговаривать. Так, запоминай, Мельник, – сказал он уже в лифте. – Ее зовут Маргарита Сергеевна. Что бы она тебе ни говорила, просто стой, молчи и махай гривой. Поняла?
Имя матери Яра мне совсем не понравилось – слишком уж плохие ассоциации были связаны у меня с именем мачехи. Но я промолчала – лишь приняла
