— О какой организации вы только что упомянули?
— О Палладе! — выпалил Виктор. — Я все о ней знаю.
— Откуда? И что вы знаете?.. — Жики старалась казаться спокойной, но удавалось ей это скверно. Она чувствовала, что ее сердце вот-вот остановится от тревоги и беспокойства.
— Я знаю, что вы возглавляете какую-то странную организацию, которая взяла на себя миссию вершить правосудие.
— Не правосудие, — машинально поправила его Жики побелевшими от потрясения губами. — Возмездие.
— Ах да, — кивнул майор. — Разница гигантская, мне уже говорили.
— Кто? — сквозь зубы процедила Жики.
— Какая разница?
— Эвелина… — Это был вовсе не вопрос. Виктор не стал ни опровергать, ни подтверждать слова старой дамы, просто пожал плечами: — Я же сказал — какая разница?
Но она словно не слышала его:
— Как она там? Здорова?
— С ней все в порядке, мадам. Если не считать того, что она так и не смогла оправиться от потери мужа и сына. А самое главное — что вместо того, чтобы быть со своими близкими, зачищала место преступления за вашими людьми.
— Вы не знаете, о чем говорите, — старая дама поджала тонкие губы.
— Думаю, что знаю.
— И у вас есть доказательства?
— Нет, доказательств у меня нет.
— Тогда о чем мы с вами говорим? — Жики сделала жест Анне и, поднялась, чтобы отправиться прочь, но Виктор продолжал:
— Доказательств у меня нет. Но если цель вашей организации — высшая справедливость, как же вы допустили, чтобы убили Сашу Гаврилова и его жену?
— Что вы там напридумывали? — возмутилась Жики. — При чем тут мои люди?
— Мне доподлинно известно, что именно из вашей организации исходил приказ, приговоривший Сашу и Ясмин к смерти. За что? Какое преступление они совершили?
— Вы несете чушь! — рявкнула Жики. — Никто не мог отдать такого приказа! Саша и Ясмин были преданными рыцарями, честными и неподкупными! Что бы их казнили так беспощадно, они сами должны были сотворить нечто подобное! Око за око!
— Принцип талиона[462], — кивнул Виктор. — Но факт неоспорим: Роман Горский, который тоже состоял у вас на службе, именно из Парижа получил приказ о казни Гавриловых. Прошу прощения — об убийстве.
— И вы знаете от кого?
— Знаю. От мадам де Бофор.
— Этого не может быть! — ахнула Жики. — Вы лжете!
— С какой стати мне лгать? А вот мадам де Бофор, когда я обратился к ней за сведениями, заявила, что никого по имени Александр Гаврилов она не знает, и никогда не знала. Хотя именно ей звонил Горский после ликвидации следов побоища в Серебряном бору и убийства ни в чем не повинного свидетеля.
— Свидетеля? — нахмурилась Жики. — Какого еще свидетеля?
— Сергей Иосаян, — произнес Виктор и Анна замолчала. — Ну, что же вы, Анна Николаевна? Переведите!
— Сер-гей Иосаян? — Жики требовательно смотрела на Анну. — Кто это, детка?
— Не могу поверить, — усмехнулся Виктор чуть презрительно. — Вы скрыли от мадам Перейра то, что я вам сообщил в прошлый визит?
— Детка? — повторила Жики.
— Прости меня, — прошептала Анна. — В прошлый раз майор упоминал это имя, но так и не объяснил, кому оно принадлежит.
— Та-ак!.. — Жики поднялась с места. Она стояла перед окном, задумчиво глядя на улицу Жирардон. Группа туристов с гидом, высоко держащим полуоткрытый зонтик ярко красного цвета, дети из дома напротив — она помнит, как играли на той же площадке их родители, даже родители их родителей… парень и девушка целовались на перекрестке с улицей Норван… Странно, где-то она их уже видела. Жики резко повернулась к Виктору и Анне, терпеливо ожидавшим, когда она, наконец, соизволит обратить на них внимание: — То есть, вы хотите сказать, что именно Изабель приказала вывезти тело Мигеля Кортеса и подменить его…
— Нет, мадам, — Виктор покачал головой. — Вывезти труп приказала Эвелина. А ее подручный Горский, убив случайного свидетеля, обратился за консультацией к вашей родственнице.
— Она моя крестница, — прошептала Жики.
