— Есть проблемка в тюрьме, — сказал Терри.
— Мужик, везде есть проблемы. — У Кронски было помятое лицо, одутловатое и изможденное, и темные глаза.
— Забудь про везде, — сказал Фрэнк. — Мы здесь и сейчас.
— Насрать на то, где вы находитесь, — сказал Джонни Ли, допивая пинту.
— Возможно, нам понадобится кое-что взорвать, — сказал Терри.
Бэрри Холден и его друзья по ограблению департамента шерифа забрали основную часть огневой мощи, но пропустили взрывчатку
— Может быть, и знаю, — сказал Кронски. — Что с того, мужик?
Терри подумал.
— Вот что я тебе скажу. Пудж Марон из
— Хм, — произнес Джонни Ли.
— И конечно, это твой шанс сделать наш город немного чище.
— Дулинг может идти на хуй, — сказал Джонни Ли Кронски — но почему бы и нет? Просто, почему бы, на хуй, и нет?
Это довело общее количество участников до двадцати.
Дулингское исправительное учреждение не имело охранных вышек. У него была плоская крыша, покрытая рубероидом, воздух через вытяжные и проточные воздуховоды гнали расположенные на крыше вытяжные вентиляторы. По периметру крыши проходила полутора футовая кирпичная окантовка. Оценивая крышу, Уилли Берк сказал Клинту, что ему нравится перспектива обзора на триста шестьдесят градусов по всему периметру, но его яйца ему нравятся еще больше.
— Как видите, здесь нет ничего, что могло бы остановить пулю. Что насчет того гаража? — Старик указал пальцем вниз.
Хотя на тюремных планах это строение значилось, как ГАРАЖ ДЛЯ СПЕЦТЕХНИКИ, его использовали под что придется. Там находились: газонокосилка, с помощью которой заключенные (заслуживающие доверия) ухаживали за софтбольным полем, садовые инструменты, спортивное оборудование, и пачки старых газет и журналов, перевязанные шпагатом. Самое главное, что он был построен из бетонных блоков.
Они подошли поближе. Клинт вытащил из гаража кресло и Уилли удобно расположился на нем, усевшись под навесом гаражной крыши.
С этой позиции, человек был защищен от посторонних взглядов из-за забора, но все равно был бы виден с любого конца линии огня, которая простиралась между гаражом и основным зданием тюрьмы.
— Если они все пойдут с одной стороны, всё будет в порядке, — сказал Уилли. — Увижусь с ними глаза в глаза и прикрою.
— А если они зайдут одновременно с двух сторон? — Спросил Клинт.
— Если они это сделают, я забегу внутрь.
— Вам не помешает прикрытие. Подмога.
— Ваши речи, Док, заставляют меня сожалеть, что я так мало молился в дни моей юности.
Старик был сама любезность. По прибытии в тюрьму, единственным объяснением, которое он потребовал от Клинта, было еще одно заверение в том, что дело, которое они затеяли, было тем, чего хотела бы Лила. Клинт охотно дал его Уилли, хотя на данном этапе уже не был уверен, чего хотела бы Лила. Казалось, её не было уже много-много лет.
Клинт попытался изобразить на лице улыбку — немного
— Вы были во Вьетнаме, не так ли, Уилли?
Уилли поднял левую руку. Ладонь была покрыта рубцовой тканью.
— Как это говорится, несколько кусочков меня все еще там.
— Как вы себя чувствовали? — Спросил Клинт. — Когда были там? Вы, должно быть, теряли друзей.
— О, да, — ответил Уилли. — Я терял друзей. Что касается того, как я себя чувствовал, то в основном просто боялся. Находился в смятении. Все время. Вы так себя сейчас чувствуете?
— Ну да, — признался Клинт. — Меня никогда к подобному не готовили.
Они стояли там, в молочном послеполуденном свете. Клинт удивлялся, как точно Уилли ощутил, что на самом деле чувствует Клинт. Да, были и страх и смятение — это правда, но было еще и возбуждение. Определенную эйфорию привносили подготовительные работы, а также возможная перспектива неудачи и утрат, а еще невозможность всего предусмотреть. Клинт смог испытать это на своей шкуре — прилив агрессивного адреналина, такой же старый,
