– А в тот раз я что собой представлял?
– Я тебя видел… – Люк сделал неопределенный жест в воздухе, – как свет. Просто пятно света. Думаю, я видел твой Дар.
– А сейчас?
– Хозяин поместья.
– Да, это я. – Сильюн откинул назад волосы и огляделся.
Плотный поток света, рассеченный облаками на широкие полосы, падал на луга. Свет пульсировал ослепительно-яркими вспышками, мгновенно меркнущими до черноты. Снег блестел на вершинах горного хребта вдали, а между грядами синева смешивалась с золотом. Птицы кружили над головой, их тени, жутко увеличенные, падали черными пятнами на землю. Цвета были насыщенными. Интенсивными. В воздухе прозрачным туманом висела зыбкая рябь, как всегда в зной, но было не жарко.
Люк с удивлением смотрел на бесконечные луга, бурную реку и клубящееся облаками небо.
– И ты говоришь, что все это создал мой мозг? Вот эту потрясающую картину природы? Все это напоминает мне одну из моих любимых игр «Эра блаженства». Если честно, я ожидал, что будет больше машин и девушек. Нечто более… мирское.
– Люк, я полагаю, что люди, если они заглянут внутрь себя – действительно обратят взор внутрь, – найдут там значительно больше, чем они себе представляют.
– Ты сейчас говоришь как Джексон. – Голос Люка звучал задумчиво.
Но пора было двигаться дальше.
– Думаю, нам надо начать с поиска стены, которую возвел Рикс, наложив на тебя акт Молчания. Мы были именно у той стены, когда появился король.
Сильюн повернулся, оглядываясь по сторонам. Среди волнистых линий равнины и непрерывно движущихся теней было трудно что-либо разглядеть. А что это за змееобразная тень в траве? Простиравшееся перед глазами пространство было столь огромным, что он не сразу мог разобрать увиденное. Змея? Но тень лежит неподвижно. Наконец Сильюн понял: он смотрит на стену, расположенную где-то очень далеко.
Стена была низкой, испещренной пятнами, сливалась с окружавшими ее деревьями и травой. Ее едва было видно. Но ощущалось нечто удивительно знакомое.
Люк тоже ее увидел.
– Пойдем, – сказал он.
Луговая трава стояла по пояс, цеплялась за брюки и рукава куртки Сильюна. Бросив взгляд на Люка, он обнаружил, что тот уже был в толстовке, закрывавшей его руки. Он сделал это осознанно? Неужели Люк понял, что может преобразовывать это пространство по собственной воле? Они шли рядом, практически нога в ногу, и Сильюн потерял счет времени. В какой-то момент он поднял голову и посмотрел на небо, сместилось ли солнце, и понял, почему здесь такой яркий свет, а тени такие густые и лежат косо, – в небе горело два солнца.
– Красивая деталь пейзажа, – заметил он, показывая на небо.
Волнение отразилось на лице Люка, когда он прикрыл ладонью глаза и поднял вверх голову. И тут же на его носу появились солнцезащитные очки. Сильюн моргнул, теперь и на нем были очки.
– Она далеко, нам еще долго идти, – с сожалением констатировал Люк, вглядываясь вперед, туда, где стена приобретала более отчетливые очертания, но расстояние до нее сократилось незначительно.
– Знаешь, я думаю, ты мог бы исправить положение.
– Подвинуть ее ближе? – недоверчиво спросил Люк.
– Может быть. Или, возможно, нас туда быстрее доставить.
– Точно!
Люк отпрянул назад, когда у них под ногами развернулась дорога, уходящая через луга. Затем усмехнулся, когда на ней появилась спортивная машина. Сильюн не разбирался в машинах, но эта была новенькая, блестящая и по виду бешено скоростная. Гавар, вероятно, задохнулся бы от восхищения, Сильюн же только почувствовал тошноту.
– Обещаю ехать медленно, – садясь в машину, успокоил его Люк.
Он честно держал слово, спидометр показывал тридцать миль в час.
– Потрясающий кар. – Люк обвел взглядом обтекаемо-гладкий салон. Звуковая система ожила минималистичными брейк-битами грайма. – Таким образом работает Дар в реальной жизни?
– Не хочу вдаваться в утомительные подробности, но я не могу из воздуха создать «ламборджини». К большому сожалению. Будь в Британии такая машина у каждого, может быть, люди меньше бы стонали и жаловались на жизнь.
– Ты так и не понял? – спросил Люк.
– Что не понял?
О боже, только бы он не начал очередную проповедь в духе Мейлира. Сильюн предусмотрительно отвернулся в сторону.
– Хочешь, расскажу, что я подумал, – продолжил Люк, – когда понял, что могу управлять этим миром? Я подумал одеть тебя как-нибудь посмешнее. Нелепо. Унизительно. В бикини, например, или костюм гориллы. Или даже превратить тебя в настоящее животное. Я же в первый раз смог сделать тебя золотистым облаком, так почему же не сделать тебя свиньей или собакой? Но потом понял: нет, так думаете и поступаете вы – Равные. Это для вас значит иметь власть и постоянно злоупотреблять ею. На самом деле трудно сказать, где кончается власть и начинается злоупотребление. А потом у меня возникла очень странная мысль.
Сильюн стиснул зубы, готовясь услышать ошеломляющее откровение.
– Я подумал, что в некотором смысле вы, Равные, могли бы быть намного хуже, чем вы есть, мы сейчас не берем во внимание твоего отца и Боуду Матраверс.
Неожиданное умозаключение.
– Спасибо за вотум доверия.
– Сил, этот король-чудотворец… – Пальцы Люка забарабанили по рулю, он сосредоточенно смотрел вперед. – Когда мы его встретили в первый раз, я почувствовал страх. И уважение. Но что, если есть веская причина, по которой он был вычеркнут из истории? А вдруг он был опасным могущественным чудаком? Возможно, нам не следует искать того, кто был забыт. Я имею в виду, разве он не мертв?
У Сильюна на затылке зашевелились волосы. «Весьма вероятно, что все это имеет отношение к королю-чудотворцу», – подумал он.
Именно поэтому он так хотел его найти.
– А-а-а! – Сильюн сильно наклонился вперед, когда Люк нажал на тормоза и машина резко остановилась. Они достигли стены.
И она выглядела совсем не такой, как представлял Сильюн.
8. Люк
Стена была слишком старой, чтобы ее мог возвести лорд Рикс, накладывая акт Молчания.
– Это не та стена, которую хотел сломать Крован, – сказал Люк.
Стена была не просто старой – древней, сложенной из камня без раствора. Камни аккуратно подогнаны друг к другу, покрыты белым лишайником и зеленым мхом. Она поднималась до уровня плеч Люка, хотя казалась выше из-за росшей наверху травы. Бабочка с крыльями хрупкими и почти прозрачными порхала среди колышущихся на ветру стеблей с крупными тяжелыми семенами.
Стена походила на вал Адриана, построенный римлянами при императоре Адриане для предотвращения набегов с севера. Когда Люк был помладше, они с семьей во время отпуска не раз ездили к этому валу. Мама увлекалась пешими походами, хотя Дейзи просилась взять ее на руки, едва они успевали пройти первую милю. Люк провел ладонями по стене, удивляясь контрасту между колючим бархатом мха и грубым камнем под ним.
Сильюн стоял нахмурившись. С недовольным видом он повернул голову сначала в одну сторону, осматривая стену, затем в другую.
– Какая-то проблема? – спросил Люк.
– Она прямая.
– И что?
– Что может быть внутри нее, если она прямая? Стена должна образовывать замкнутое пространство.
Люк понял, что́ он
