А я сокровенные тайны. С тобой обсуждаю всерьез Не ждем окончания стужи К чему бесполезно тянуть? Кто ценит не внешность, а суть, Тому церемонии чужды. В безмолвном пределе дворцовом, Три князя давно на местах[1247] И сам Трипитака-монах.[1248] — Все жаждут заветного слова. От холода пьем кипяток И ждем толкования строк.[1249] На мотив «Поразительный сюцай»:
Не подражаю я Ханьскому вану, Ведь наслаждался в покоях Вэйян он[1250] Также не чту императора Тан, Что развлекался в хоромах Цзиньян.[1251] Мне сладострастье двух фениксов чуждо,[1252] Мне просвещенье единственно нужно. Роскошь отброшу, чтоб снова, как в старь, Скромным и мудрым был ваш государь. На мотив «Катится расшитый мяч»:
Меж четырех морей[1253] Я — первый из людей, Мне долг велит вести народ свой. К основам мужества и благородства. Твердыням трем почтительно послушным: правителю, отцу и мужу; Познавшим пять первейших правил. гуманность, справедливость, пристойность и надежность, и пониманье правды.[1254] Но молодость свою Я передал копью, К Конфуцию пришел не сразу.[1255] В «Преданьях» сколько глав![1256] Смирит «Обрядник» нрав И просветит народный разум.[1257] А в «Песнях» сколько строф![1258] Причины катастроф И процветаний «Летопись» изложит.[1259] Мне подражать кому? — Лишь Юй, Чэнтан, Вэнь, У,[1260] Как предков чтить мне Яо, Шуня должно.[1261] Был не один Тай-цзун, И Ханьский Гао-цзу: Там — Фан и Ду,[1262] там — Сяо, Цао рядом.[1263] А мне — без вас нельзя. Хочу, чтоб вы, друзья, Преодолели мудрости преграды. На мотив «Поразительный сюцай»:
В «Изреченьях»,[1264] говоришь, Есть правления рецепты, — Знаешь половину лишь — И уже почти мудрец ты — Горы, реки. — все в руках! Мудрость древних — неба высь! Не с красоткой веселись — Истолковывай каноны, Чти гуманности законы — И покинет душу страх. На мотив «Катится расшитый мяч»:
Ярко свечи цветные горят, Вьется чудный густой аромат Из курильниц, расставленных в ряд. Не волнуйся, почтенный мой брат, Я не стану невестку просить[1265] Кубок плещущий мне подносить. «Не бросают в сиротстве жену!» Эту стойкость души я пойму. Не познает позора тот муж, Что жену выбирал по уму. И «влюбленной чете никогда Не забыть скудной жизни года».[1266] Не красы ты искал — доброты, Как Лян Хун — Мэн Гуан, выбрал ты.[1267] Ты — И Инь, я — Тайцзя.[1268] Извини! Пусть счастливо пройдут ваши дни. На мотив «Поразительный сюцай»:
