днемъ намъ повстр?чался мужичекъ съ осломъ. Туанонъ подрядила его для моей сестры, которая, бол?е слабая ч?мъ я, очень изнурилась за время осады и едва тащила ноги. До этихъ поръ вс? большіе несли ее по очереди на рукахъ, но она была слишкомъ тяжела для б?дныхъ, измученныхъ женщинъ… Ее посадили на осла, а на другой вьюкъ положили кой-какіе пожитки, которые мы спасли и которые были для насъ настоящею обузою.
'Мы прибыли въ Дюэръ [88], тамъ мы остановились въ трактир?, хозяинъ котораго вел?лъ намъ отправиться къ мэру.
'Мэръ этотъ получилъ строгое предписаніе относительно ліонскихъ б?глыхъ и, чтобы не подпасть самому подъ подозр?ніе, исполнялъ это предписаніе съ трескомъ и шумомъ. А потому онъ повелительнымъ тономъ потребовалъ отъ матери ея паспортъ, угрожая ее арестовать. Туанонъ, зам?тя ея смущеніе, не дала ей времени отв?чать и, принявъ на себя роль представительницы всей честной компаніи, отрапортовала, что она д?йствительно изъ Ліона, отправляется же съ своими кузинами въ Сенъ-Жерменъ-Лаваль въ Форез? и что никто не им?етъ права ее задерживать. Вотъ такимъ-то образомъ мы узнали, куда лежалъ нашъ путь…'. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Вс? эти препирательства Туанонъ казались безконечными б?глянкамъ. Но, покуда она вела переговоры съ мэромъ, жена этого гражданина, казавшагося столь грознымъ, который въ сущности старался всячески быть полезнымъ изгнанникамъ, пробралась къ m-me Вирье и шепотомъ сказала ей н?сколько словъ ут?шенія.
Были еще, значитъ, и въ то время люди съ сердцемъ, которые им?ли состраданіе…
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
Письмо Жавога Робеспьерру. — Встр?ча графини Вирье. — Имя Анри. — Прибытіе въ Сенъ- Жерменъ-Лаваль. — Жилище для торговцевъ свиньяни. — Страхи и надежды. — Приключеніе съ ткачами. — Фуше въ Ліон?. — Онъ совершенствуетъ гильотину. — Гражданка Баленкуръ. — Уроки цинизма. — Письмо маркизы де-Шоланкъ. — Анри быть можетъ въ Швейцаріи. — Садовникъ изъ Пудеваса. — Отъ?здъ графини въ Лозаннъ. — Она застаетъ тамъ только аббата де-Вирье. — Съ горя не умираютъ. — Письмо къ графу де- Вирье Бовуаръ. — Маленькій Айнонъ у Рюбишона. — Онъ эмигрируетъ. — Онъ прекращаетъ свое incognito. — Рюбишонъ возвращаетъ ребенка матери. — Попытки розыскать Анри. — Еще 'Воспоминанія' m- lle де-Вирье. — Картина Ліона. — Эмиграція маленькихъ д?вочекъ въ Швейцарію. — Св?д?нія о посл?днемъ сраженіи. — Вдовья матерія.
'Жавогъ, комиссаръ Конвента, Робеспьерру.
'Изъ главной квартиры 10 окт. 1793 г.
'Гражданинъ коллега!
'Осада Ліона, наконецъ, окончена… Мятежники, чувствуя давленіе съ одной стороны войска Республики, съ другой — ц?лаго народа, питающагося овсомъ уже 18 дней… р?шились сд?лать вылазку…
'Они обогнули Монъ-Доръ черезъ Сенъ-Сиръ и направились въ горы, пройдя черезъ бывшій Бажоле. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
'Едва они вышли изъ предм?стья (Веза), какъ ихъ нагнали. Началась битва.
'Битва была ожесточенная. Мы потеряли массу людей, у непріятеля тоже легло триста челов?къ.
'Остальные вс? разб?жались въ виноградники, въ ущелья, и въ горы.
'Н?которые бросались въ Сону, кто на лошади, кто вплавь, лишь бы спастись отъ смерти. Другіе б?гутъ въ Треву, тамъ все или убито, или разс?яно…
'Въ числ? нашихъ многочисленныхъ пл?нныхъ находятся н?которыя зам?тныя личности, между прочимъ бывшій маркизъ де-Вирье, бывшій членъ конституціоннаго собранія…' [89].
Въ то самое время, какъ курьеръ везъ это посланіе Жавога Робеспьерру, отрядъ революціонерной арміи, который возвращался изъ Ліона, встр?тилъ на берегахъ Линьона жену и д?тей Анри. Во время выпивки, у крыльца трактира, въ которомъ пріютились б?глянки, люди эти разсказывали о посл?днихъ сраженіяхъ и хвастались своими жестокостями…
Вс? предводители возстанія были взяты… говорили, что они вс? приговорены къ разстр?лянію… Одинъ изъ этихъ людей, перечисляя вс?хъ выдающихся пл?нниковъ, назвалъ имя Вирье…
Вотъ какимъ образомъ до его жены дошла первая в?сть о немъ.
Туанонъ, зам?тя, что у m-me де-Вирье подкашиваются ноги, подб?жала къ ней и усадила ее на маленькую скамейку около дома, и въ то время, какъ поб?дители шли мимо, расп?вая 'Marseillaise', она наскоро расплела волосы д?тямъ, чтобъ быть какъ будто при д?л?, и стала расчесывать ихъ…
Герои прошли мимо этихъ двухъ женщинъ, подшучивая надъ ними, но наконецъ они прошли-таки. За ними всл?дъ пошла и графиня Вирье, продолжая свой путь въ это тяжкое время, — было некогда останавливаться для своихъ печалей!
Ночи для б?глянокъ были ночами бивуаковъ. Они изб?гали деревень боясь, чтобы ихъ видъ или какое неосторожное слово д?вочекъ не выдали ихъ.
Наконецъ, на четвертый день, посл? непом?рной усталости, печальный караванъ добрался до Сенъ- Жерменъ-Лаваль.
Туанонъ пріютила графиню Вирье съ дочерьми у своего брата, м?стнаго кузнеца.
Надъ кузницею было два пом?щенія и доски отъ двухъ старыхъ кроватей. Все это было грязно до отвращенія, такъ какъ въ дни ярмарки добрякъ-кузнецъ пом?щалъ въ этихъ канурахъ своихъ пріятелей, торговцевъ свиньями. Но какъ ни жалокъ былъ пріютъ, предложенный этимъ добрымъ челов?комъ путешественницамъ, онъ былъ предложенъ имъ, по крайней м?р?, отъ чистаго сердца.
Когда на кузниц? было что по?сть, кузнецъ д?лилъ свои куски съ д?вочками, а m-me Вирье вознаграждала его за это уц?л?вшими еще н?сколькими ассигнаціями; что касается ее, она не могла ни ?сть, ни спать.
Возбужденіе, которое поддерживало ее духъ, также, какъ та лихорадка, которая согр?вала ея т?ло, пропало. Напрасно силилась она забыться сномъ на своемъ ужасномъ лож?.
Посл? той встр?чи съ солдатами-революціонерами она не им?ла никакихъ в?стей изъ Ліона. Но разв? можно было сомн?ваться, что тамъ не мстятъ самымъ ужаснымъ образомъ? Несмотря на розсказни этихъ людей, быть можетъ, Анри въ пл?ну?..
Если онъ живъ, въ рукахъ ли онъ еще поб?дителей?
Или, быть можетъ, ему, какъ Преси, который, судя по слухамъ, спасся, удалось добраться до Швейцаріи или Фореза?
Быть можетъ, онъ тутъ… Тутъ, по близости, въ какой нибудь деревн?… Быть можетъ, она не сегодня, завтра, его увидитъ… Онъ проберется къ ней…
Въ своихъ воспоминаніяхъ ея дочь говоритъ, что н?сколько разъ m-me Вирье получала косвенныя ув?домленія, которыя превращали ея надежды почти въ ув?ренность…
У пути печали есть тоже свои минуты отдыха, но какъ он? бываютъ коротки для несчастныхъ, которые его проходятъ!
Всякій разъ, какъ какой нибудь чужестранецъ появлялся въ деревн?, m-me Вирье посылала Туанонъ съ разспросами къ нему, и все это были все т? же ужасные разсказы о разстр?ливаніи и смертной казни. Къ этимъ страданіямъ присоединялся еще и наступающій голодъ.
Хл?бъ становился все р?же, все отвратительн?е, все невозможн?е. Чтобы существовать, приходилось шить толстыя рубашки.
Наконецъ настало время ярмарки; кузнецъ просилъ m-me де-Вирье уступить 'ткачамъ' дв? кровати и половину комнаты.
Отказать, значило, заявить о своихъ аристократическихъ замашкахъ. Результатомъ явилось одно
